Ненавижу. Скучаю. Люблю

Ладно, решил Антон, вполне вероятно девчонка внутри корпуса. А может он просто приехал слишком поздно или наоборот рано. Хотя это, безусловно, странно. По ступенькам Леваков шел медленно, оглядывался. Искал глазами в прохожих Юльку. Внутри подкрадывалось нехорошее предчувствие. Однако он гнал его прочь, потому что глупость. Это же Снегирева. Она и дня не проживет без него. Человек не может без кислорода, так и Юля без Антона. Он был уверен в этом на тысячу процентов. Но по пути девчонку не встретил.

После второй пары Леваков с друзьями вышел прогуляться на воздух.

Вернее, заставил выйти, парни в принципе не планировали покидать корпус, им и под кондиционерами хорошо. Но согласились, заодно покурить думали.

— Я бы прыгнул с такой высоты, — говорили на фоне ребята.

— Зассал бы, свободное падение не каждый осилит.

— Да что там страшного?

— Это тарзанка, а не батут.

О чем друзья говорили Антон так и не понял, он молча ждал, пока закончится перемена, пока парни докурят, сам не курил, и поглядывал по сторонам, конечно.

Нервничал почему-то. Переживал даже в какой-то степени. Мало ли, вдруг беда приключилась с этим ходячим несчастьем. Однако после третей пары встреча все-таки состоялась.

Леваков подловил Снегиреву в главном корпусе, рядом с мини-маркетом. Она разговаривала с каким-то парнем. Худощавым, высоким, светловолосым. На нем была широкая майка, скрывающая худобу и черные джинсы, прямого покроя. Он улыбался Юльке, не сводил с нее глаз.

Антон и сам не понял, как так быстро оказался рядом.

Просто свернул по углу, проскочил мимо голодных студентов, пропустил приветливые реплики знакомых. Не видел ничего и никого, кроме Снегиревой.

— Мне очень понравилось, — говорил парень ей.

— Привет, — оборвал Леваков их будничный диалог. — На секунду можно? — Он практически перекрыл своей широкой спиной незнакомца. Да он и выглядел мужественней этого мальчишки, у которого явно еще и молока на губах не побывало.

Снегирева подняла пушистые ресницы, позволяя заглянуть в карамельного отлива глаза.

Ее губ продолжала касаться улыбка, но не такая, как обычно. Словно напускная, поддельная. Словно ей совсем не хотелось улыбаться.

— Юль, я тогда… — сказал парень.

— Все нормально, — без запинки произнесла девчонка. — Там твои друзья идут, Антон. А здесь, увы, даже спрятаться негде. Боюсь, неловко получится. Разговорчики пойдут. Сам понимаешь, — казалось, это не Снегирева говорит, голос ее звучал незнакомо — холодно.

— Что… — опешил Антон.