Ненавижу тебя, сводный брат!

Да что там, я даже с мамой всегда старалась сглаживать конфликты. Но сейчас я на грани истерики.

Входим в темное помещение, проскальзываю мимо Арслана, он включает свет. Обернувшись, вижу, как он раздевается, закатывает рукава рубашки, обнажая мускулистые предплечья с проступающими на них венами, и тут же забываю все что хотела предъявить ему.

Арслан открывает холодильник, кривится недовольно. Голоден? Бедняжка, почему не попросил Киру приготовить ужин? — язвлю мысленно.

Открывает стеклянную бутылку сока, пьет жадно.

— Я очень устала, и ты тоже, — начинаю первой.

— Да, в этом ты права, Ульяна. Идем лучше спать, я только душ приму, — кивает спокойно.

— Я не буду здесь ночевать. Вызову такси. Извини, но так не получится.

— Ты ведь и сам понимаешь. Нам лучше позже поговорить…

До меня вдруг доходит, что я совершенно не умею отстаивать себя. Свою гордость, чувство достоинства. Наверное, это чувствуется, и тот, кто сильнее, легко начинает пользоваться этим.

— Может ты мне быстро и коротко объяснишь, в чем дело? Что на тебя нашло, почему ты из клуба сбежала? Я только зайти успел. Блядь, у меня была тяжелейшая неделя, я как проклятый пахал. Забесплатно. Потому что мне нахуй отцовские деньги не упали, — произносит с яростью. — Думал, что прилечу, и все закончится.

— Ты был со своей бывшей, а я молчать должна? — выкрикиваю нервно. Он все же заставил меня унизиться, произнести эти жалкие слова!

— Я стоял рядом с ней пять минут.

— Ты не сказал мне, что прилетишь сегодня! Но она была в курсе?

Глаза Арслана начинают наливаться яростью. Меня это пугает. Я ведь уже знаю какой он в гневе. Внушительные бицепсы наводят на мысль, с какой легкостью при желании он может причинить мне вред, если того пожелает. Гораздо лучше было бы молча уехать отсюда. Или покориться и лечь с ним в постель. Нет, не дождется! Я больше не буду безмолвной куклой!

Дрожащими руками достаю из сумочки телефон.

— Чего ты хочешь от меня? Чтобы оправдывался, на коленях ползал? Я не из таких, Ульяна. Мне не нравятся подобные истерики. Я устал, блядь. Я просил тебя переехать в квартиру, которую купил для нас. Почему ты все еще в особняке, пляшешь под дудку моего отца? — рычит, видно, что его контроль находится на грани…

— Что ты такое говоришь? — меня обжигает как клеймом обида.