Ненужная дочь фермера

Ему явно не доставляло удовольствия болтать с незнакомками на улице в четыре утра. – Старуха как старуха, у всех в ее возрасте мозги набекрень.

– И в окна она ночами не воет? – уточнила я осторожно.

– Бывало. Приехала, говоришь, только вчера? Не из Вэйердака случаем?

– Из Дэймоса. Это чуть дальше Вэйрдака, ближе к Мельерону…

Мужчина ушел, не желая продолжать разговор. Я проводила его взглядом и тоже поспешила вернуться домой, чтобы не приведи боги, не стать добычей волков или шакалов.

Верда рыскала по кухне. Бормотала под нос что-то неразборчивое, гремела кастрюлями.

Печь уже вовсю топилась, и в казане варился круглый картофель в кожуре. Запах, надо сказать, не вызывал аппетита.

– Где была-то? – проскрипела старуха, повернувшись ко мне. – Ты если собралась ночами шляться, то уходи лучше сразу. Мне простихвостки в доме не нужны.

– Осматривала деревню, – я пропустила оскорбления мимо ушей. – А кто живет в доме кузнеца, как его имя?

– Кароном его звать, – буркнула Верда. – Фамилии не знаю, имя-то с трудом из него вытянула.

Не попадайся ему на глаза, с ним дел иметь никто не желает. Живет особняком, часто пропадает в лесу, охотится. На ферме ничего не берет, ни овощей, ни молока. Одну крольчатину ест, что ль? Какой здравомыслящий человек станет питаться одним только мясом?

– Мне сказали, что он с вами жил какое-то время…

– Жил. Если точнее, приходил ночевать, а где днями пропадал, не знаю. За ту неделю всего дважды говорила с ним. Тоже все деньгами своими светил, да только кому они тут нужны? Потом кузню вон купил.

Мирон, кузнец, продался за бумажки. А кто теперь лошадей подковывать будет? Ни наследника, ни приемника не оставил.

Я задумчиво хмыкнула. Если уж сумасшедшая, как говорят, Верда просит держаться от этого Карона подальше, то, наверное, мне стоит прислушаться. Странно, мужчина-то вроде серьезный, и глупым не кажется. Да и на бандита мало похож.

В голове мелькнула мысль, что по мне тоже не скажешь, что я могла бросить тело мужа разлагаться и сбежать. Миловидное лицо, как говорила мама, позволит мне совершать глупости в этой жизни безнаказанно, потому что на такую, как я, никто никогда не подумает плохого.

– Чего застыла? – буркнула Верда. – Альфред проснулся давно, скотину уже поди кормит. Пойди к нему, творога возьми.

– Альфред – хозяин той большой фермы?

– Ну не болота же! Иди давай, завтракать пора.

Я собрала грибы в корзину по указке старушки. В грибах никогда не разбиралась, но по виду определила, что они чем-то похожи на лисички.