Ненужная дочь фермера

Да грибы-то оставь, дурында!

Я вылетела на улицу с бешено колотящимся сердцем. В голове не укладывалось, что та маленькая девочка сейчас совсем одна в большом доме, а родной отец уехал и не сказал куда.

Верда, требующая взять творог, а не привести ребенка, чтобы за ней следить, пока Альфред не вернется, вогнала меня в еще больший ступор.

Стучала в дверь фермерского дома довольно долго, пока малышка не появилась в окошке.

– Нет, милая, – я нервно улыбнулась, сдерживаясь, чтобы не потребовать впустить меня внутрь.

 – Я в гости пришла, меня попросили за тобой присмотреть. Впустишь?

– Я не знаю вас. Кто попросил? Папа попросил? А когда он сам приедет?

– Папа, да, – я стыдливо спрятала глаза. Лгать маленькому ребенку совесть не позволяла, но по-другому к ней в доверие было не втереться. – Он попросил меня побыть с тобой.

Надежда в глазах девочки погасла, сменившись разочарованием. Заскрипел засов, и дверь отворилась.

Ребенку на вид было лет шесть. Я смотрела на него во все глаза и не могла поверить, что всю ночь, а может, и дольше, шестилетняя девчушка провела в одиночестве.

– Входите скорее, – испуганным голосом попросила она. – Волки тут ходят.

Я переступила через порог и заперла за собой дверь. Что делать дальше, совершенно не представляла. Если Альфред вернется, ему не составит труда сдать меня полиции за проникновение на чужую территорию, но оставить ребенка мне бы не хватило сил. Стоило убедиться, что в доме безопасно, в шкафах достаточно еды, и уже тогда можно уходить.

– Меня Ларой зовут, – тихонько сказала девчушка, спрятав руки за спину.

Лара держалась от меня на расстоянии, поближе к лестнице на второй этаж. – А вас как?

– Амбер, – я присела на подлокотник дивана, осмотрела более чем скромное убранство дома. В просторной гостиной был камин, старый потрепанный временем диван и длинный стол с дюжиной стульев. На окнах висели занавески в синий цветочек. Значит, и фермер на своих товарах денег не зарабатывал.

– Когда папа приедет? – глаза Лары вновь увлажнились.

 – Почему он сказал, что не вернется? Может быть, меня к нему отвезут? Это вы за мной приехали, чтобы отвезти к папе?

Я не знала ответов на ее вопросы и могла только проигнорировать их, пусть и с сожалением:

– Той ночью. Не этой, а той, что была до нее. Позавчера. Он взял три чемодана, погрузил их в телегу и уехал. Сказал мне, что найдутся добрые люди, которые за мной присмотрят. Это вы тот добрый человек?

– Добрые люди присмотрят? – ошарашенно спросила я.