— В бездну разговоры, — мятный шепот опаляет мои губы.
Глава 61. О (не)вмешательстве
Он нависает, опираясь на локти, стараясь не давить своим весом на мое тело. Его горящий взгляд скользит по моему лицу, словно пытаясь запомнить каждую черточку.
Ловлю свое отражение в бездонно-черных глазах, сейчас совсем человеческих, но обжигающих, как драконье пламя. Под их взглядом я чувствую себя абсолютно беззащитной, даже несмотря на то, что Тарден тяжело ранен, и в то же время желанной, как никогда прежде.
— Ты сводишь меня с ума, — выдыхает он, прижимаясь ко мне всем телом.
Когда наши губы снова встречаются, весь мир перестает существовать, он сужается до размеров этой комнаты, этой постели. Есть только я и Арион, сплетенные в жарком поцелуе, утопающие в ощущениях друг друга.
Запускаю пальцы в его темные волосы, притягивая еще ближе, сжимая кулаки, вызывая его стон, эхом отражающий мой.
Бесстыдная влажная ласка его языка заставляет тело дрожать, наши дыхания смешиваются. Руки Ариона скользят по моему телу, лаская, изучая каждый изгиб.
Его прикосновения обжигают даже сквозь ткань платья, посылая по коже волны мурашек."
"Я совсем теряю голову от накрывающих меня эмоций и ощущений. Кажется, мое тело пылает, отзываясь на каждую ласку и безмолвно умоляя о большем. Я хочу чувствовать жар его обнаженной кожи, потому разрываю поцелуй и касаюсь губами его оголенного плеча, скольжу по нему языком и с упоением ощущаю дрожь, которая прокатывается по телу Тардена.
Пальцы Ариона ловко распускают завязки на моем платье, и горячая шершавая ладонь ложится на ставшую до невозможности чувствительную грудь, чуть надавливая и сжимая.
Я со стоном выгибаюсь ему навстречу, открывая шею и ключицы для поцелуев, запускающих электрические импульсы по всему телу.
Мысли о том, что все это слишком порочно, слишком неуместно и неправильно, раненой птицей бьются где-то на краю сознания, в то время как в груди все сильнее разгорается уверенность, что именно так — правильно, что именно это сейчас и нужно.
Мои руки жадно исследуют его тело, прослеживая каждый мускул, лаская везде, куда я могу дотянуться.
Его громкие вздохи и рваное дыхание вызывают улыбку удовольствия.
В окна бьется разрушительный шторм, а между нами — ураган в разы мощнее. Такой, что сметает всю способность мыслить и анализировать. Остаются только разрушительные чувства, затмевающие собой все.
И снова обжигающие поцелуи: шея, ямка между ключицами, вершинка груди… Судорожный вздох, больше похожий на всхлип.
