Потом добавила к покупкам сушеных овощей и пару пластов вяленого мяса. Этого должно было хватить на первое время. У молочника купиоа плотно закупоренный кувшин с молоком и скрутку утреннего творога.
В хлебной лавке забрала последний ржаной каравай и вязанку баранок.
Сэм терпеливо стоял, пока я крепила покупки к седлу. Я отщипнула ему краюху хлеба, и он с благодарностью забрал подношение с моей ладони.
Оставалось купить мелочей для дома. Поэтому я завернула в лавку с деревянной вывеской, на которой был изображен дом.
За прилавком там стоял немой. Он лишь мычал, когда я спрашивала про какой-нибудь товар и на пальцах показывал его стоимость. В итоге я обзавелась целым мешком полезных мелочей.
Мои карманы знатно опустели. Из денег, которые принес Кот, оставалось всего с десяток монет. Можно было возвращаться обратно в усадьбу, но я не смогла пройти мимо еще одной лавки с ажурными занавесками на полукруглых окнах и катушкой ниток с иголкой на вывеске.
Я чувствовала там присутствие кого-то из Темных.
"
"Внутри было светло и уютно. На широких прилавках рядами лежали рулоны с тканью. Тут была и простенькая редушка для нательного белья, и парча с золотистым отливом, и голубой шелк, и отрез тёмно-красного бархата.
Я даже нашла лоскуты тонкой, хорошо выделанный замши, мягкой как бархат.
— Добрый день
Из подсобного помещения выскочила девица. Ростом небольшая, но юркая как лиса, с хитрыми раскосыми глазами цвета вечернего неба.
Красивая, наглая, веселая.
Темная, одним словом.
Глядя на меня, она улыбалась все шире, будто встретила давнюю подругу, по которой очень скучала.
Сущность демона притягивала ее, манила, как огонь мотылька.
— Чем могу помочь?
Сама того, не осознавая, она мечтала мне угодить.
— Мне нужна вот такая ткань, — я указала на ажурные занавески.
— Хороший выбор, — тут же встрепенулся она, — у нас оставалось еще немного. Показать?
Я кивнула.
Она тут же убежала обратно в подсобку, а через минуту вернулась с небольшим рулоном. Ткань была мягкой, податливой со множеством крохотных дырочек, рассеянных по полотну причудливым узором.
— Меня зовут Киана, — чуть ли не подпрыгивая от нетерпения, сообщила она, — помнишь меня? Мы вместе ходили в класс к тетушке Марджори.
Я не помнила, но снова кивнула.
Темненькая тут же растеклась в счастливой улыбке:
— Не знаю, почему мы раньше не общались, — сокрушалась она.
Потому что раньше ей не было дела до скромницы Лилии, а теперь я в ее обличии притягивала, как магнит.
