Он стоял, привалившись к забору и опустив широкополую шляпу низко на лицо. Даррен смахнул ее на ходу, отвесив внушительную оплеуху безответственному сторожу:
— Поднимай людей! Плотину прорвало!
Стражник испуганно встрепенулся, а мы полетели дальше. Выскочили за пределы города и по узкой дороге, петляющей посреди поля, устремились к деревне.
Еще издали было слышно, как ревет вода в растревоженной реке. Пробив старую горную плотину, бурные потоки срывались вниз, грозя снести все на своем пути.
В деревне было всего два десятка домов, и те, что стояли ближе к берегу уже наполовину ушли под воду.
Ее уровень прибывал на глазах.
— Надо помочь людям уйти на безопасное расстояние, — Даррен соскочил на землю и бесцеремонно вытащил меня из седла.
Нам навстречу спешили перепуганные жители. Молодых здесь было мало, в основном пожилые, да приютские. Все случилось так быстро, что большинство не успели покинуть свои дома:
—Там соседка осталась!
— Дед не ходячий!
— Помогите!
— Скотина заперта!
Со всех сторон на нас обрушились просьбы о помощи.
И некогда было обсуждать или раздумывать, мы просто бросились в самую гущу. Вместе с теми, кто был в силах помочь, открывали дома, выпускали перепуганное зверье, вытаскивали тех, кто не мог выбраться сам, разгребали бревна и мусор принесенные с гор, высвобождали попавших под завалы.
Все смешалось. Вопли, всплески, протяжное мычание коров и визг придавленных собак. Где верх, где низ – не разберешь. Барахтаясь по пояс в воде, я проклинала длинный подол, путающийся в ногах, но упорно шла дальше.
Мы спасли уже всех, дома опустели, но вопль у меня в голове становился все громче.
— Лил! — прогремел крик Даррена. Он стоял на возвышении, а вокруг него жались перепуганные, промокшие до нитки люди, — выходи! Мы всех вытащили!
Ни черта не всех! Невзирая на зов Светлого, я отвернулась. С этими все будет хорошо.
А мне нужно…нужно...
Я беспомощно озиралась по сторонам, не понимая, кто меня зовет.
А потом зацепилась за серое приземистое здание приюта.
Он ближе всех стоял к берегу, в самой низине, и рассерженная река уже поглотила его до середины окон.
Я рванула туда.
Глава 38
К дверям приюта прибило расколотый сук, толщиной в две мои руки. Он топорщился густыми ветвями, цеплялся за перила, ручки, щели в старом разбитом крыльце. Мне едва удалось оттащить его с пути, но дверь все рано не поддавалась, что-то мешало ей с другой стороны.
