— И что ты ему скажешь?
— Найду, что сказать. Например, планы изменились… Я же не обязан подписывать контракт, Маша, если того не хочу, верно?
— Конечно. Но я думаю они будут настаивать. Ты бы ещё с парнями обсудил эту тему.
— Обязательно, — смотрит на наручные часы. — Обедать пойдем?
— Нет, — качаю головой. — Я в сад поеду за детьми.
— Сейчас?
— Угу. Обещала Виктории Сергеевне привезти их к ней.
Виктор мрачнеет. Снова он хмурится и смотрит на меня странно.
— Маш, ты не обязана делать все, что она от тебя просит.
— Естественно. Но Даша с Сашей тоже хотят к ней. Да и, Вик, ты сам знаешь, что она теперь не может встать с постели. Почему бы не сделать ей приятное?
— Раньше думать надо было, Маша, чтобы сейчас не умолять, — чеканит. — Но она не включала голову, — пальцем стучит в висок.
— Ладно-ладно, — вскидываю руки вперёд. — Хватит снова об одном и том же. Что случилось, то случилось. Уже ничего не изменить. А отказывать я не собираюсь по одной причине: малыши тоже ее хотят.
После последней встречи с Викторией Сергеевной, мы виделись еще два раза. Второй — в том же самом ресторане, но уже без Виктора, а третий — я отвезла детишек в ее дом, потому что она позвонила и сказала, что ужасно себя чувствует, не может встать на ноги. Сегодня я разговаривала с ней утром. Она периодически звонит, чтобы пообщаться с Сашей и Дашей. Хочет увидеть их перед сном. Я не узнаю ее голос: он слишком усталый и измученный. По словам медсестры, которая за ней присматривает — женщине осталось жить максимум месяц, хотя вроде бы говорили, что время у нее еще есть…
— Мне приехать?
— Как хочешь, — неопределенно пожав плечами, поднимаюсь с места.
— Все, я ушла.
— Подожди, — Виктор догоняет меня. Захлопывает дверь и сразу же щелкает замком.
— Что ты делаешь? — кладу руки на его плечи, поднимаюсь на носочки и целую его колючий подбородок.
— Что делаешь ты, Маша? — скользит губами по моей щеке, впивается в рот поцелуем, сразу вталкивает язык.
— Завтра поедем смотреть дом?
— Какой дом?
— Я же говорил… Купим… Жить будем вместе.
— Нет, я не давала согласия.
Выдыхает, заправляя прядь моих волос за ухо.
— Какая же ты у меня красивая, — выдает хрипло.
— Нет, — цокаю языком. — Не прокатит, Виктор. Даже не надейся.
Он издает тихий смешок.
— Я люблю тебя.
— А ты докажи.
И снова хитрые огоньки в его глазах. Соблазнительная улыбка трогает его полные губы, которое только и хочется целовать.
