— Какого хрена, Амиров? Что ты себе позволяешь? — повысив голос, закипаю от ярости. Но Виктор спокоен. Подходит, встаёт напротив.
— Что я себе позволяю, Маша? — хриплый голос давит на и без того оголённые нервы. — Всего лишь... Хочу вернуть свое."
"— Свое? И что является тем самым «Своим»?
— Дети, — даже не моргает. Ощущение, что вовсе не дышит. Смотрит сверху вниз, едва шевелит губами.
— Дети, — усмехаюсь злобно. — От которых ты отказался пять лет назад? Забыл, Виктор, мать твою?
— Зачем ты скрыла? Они же мои.
..
— Твои? Твои??? — выкрикиваю эмоционально.
— Мои, — повторяет.
Сама не знаю, как умудряюсь. Но... Взмах руки и Виктор получает от меня пощечину.
Глава 10
Меня трясет. От злости и его близости одновременно. Я ощущаю тот самый запах, который чувствовала в лифте. Нет, я не ошиблась! И интуиция меня не подвела! Виктор однозначно был в той же кабинке, но раньше меня!
Сейчас, глядя в его голубые глаза, смахивающие на море, в котором я когда-то плыла и чувствовала себя в раю, теперь кажутся мне совсем чужими.
Как и он сам.
Зубы сводит от того, как я плотно сжимаю челюсти. И смотрю на него в упор, хоть и внутри есть ощущение, что дотронься Амиров до меня сейчас, я просто свалюсь на пол и разобьюсь вдребезги.
Однако сейчас главное держать лицо невозмутимым. Я его не боюсь. И не чувствую никакой вины. Я ничего плохого не делала. Наоборот, сбежала, чтобы моим детям не угрожала опасность и я ни капли не жалею.
— Зачем сюда притащился, я спрашиваю? Что тебе от меня надо? Мало было того, что ты сделал много лет назад? И не ври, что это все случайность.
Или же судьба. Хотя... В судьбу же ты не веришь. Помнишь ведь?
Виктор не моргает. Смотрит, прожигает во мне дыру. И этот взгляд становится каким-то тоскливым, дыхание же тяжёлым. Поднимает руку, кажется, хочет моего лица дотронуться, но я машинально делаю шаг назад. Нет, не допущу. Не попаду снова в ловушку, из которой еле выкарабкалась.
— Ты потерял детей ещё тогда, когда сказал, что они тебе не нужны.
Когда отчётливо дал понять, что я недостойна стать матерью твоих детей. Когда ты, Амиров, плюнул на меня и мои чувства. Когда воспользовался мной как презерватив, а потом вышвырнул, посчитав грязью. Из своей жизни как что-то поганое выкинул! Ты, мать твою, заставил меня почувствовать себя самой любимой и желанной. Поднял до небес, сделав счастливой, а потом просто толкнул в пропасть. Сломал. Разбил вдребезги мое сердце, душу.
