Неофит (СИ)

— Как? — Юрий Семенович удивленно откинулся на кресле. — Ведь вы же автор! Если у вас достойные произведения, люди должны о вас знать! Да и разные предложения по использованию ваших песен… как вы их будете получать?

— Мне хотелось бы оставить только псевдоним, а на случай каких-либо предложений Ефросинья оставит вам свой телефон. Если что, готов доплатить за беспокойство.

— Обычно так не делается, — он задумчиво почесал макушку, — может быть, вы, как молодой автор, стыдитесь своих произведений? Право же, не стоит! Все с чего-то начинали.

— Да нет, думаю, с моими произведениями все в порядке, наоборот, не хотелось бы лишнего внимания к моей гениальности, — я улыбнулся, превращая все сказанное в шутку.

— Ну, если так, — Юрий улыбнулся мне в ответ, — боитесь назойливых почитателей? Это нормально, это я могу понять. Хорошо, какой будет псевдоним?

— Нео, — коротко ответил я, ожидая реакции. Честно говоря, две недели убил на придумывание сценического имени.

Хотелось, чтобы было коротко и просто. И тут вот вспомнилось имя главного героя фильма «Матрица» — Нео. На мой взгляд, не так уж и плохо. Правда, в этом мире такого фильма не было, но тем лучше.

— Нео? — задумчиво произнес мужчина. — Нео… что ж, весьма неплохо. Насколько я помню, Нео — это по-гречески «новый» или «современный». Неофит, неореализм, неоклассицизм…

— Неоандерталец, — задумчиво добавила к перечисленному Ефросинья. Я ей до этого момента не говорил о своей задумке с псевдонимом.

Было видно, что она озадачена и пробует на вкус мое новое имя. — Нео…

— Отлично! Надеюсь, ваши песни соответствуют вашей яркой подписи? И кстати, нет слова «неоандерталец», правильно — «неандерталец». Произошло от названия долины Неандерталь, где был впервые найден череп этого представителя рода людей! — Юрий Семенович неодобрительно посмотрел на мою помощницу.

— Оу! Какие у вас глубокие познания. Внушают уважения, — произнес я, — а мой псевдоним, думаю, вполне соответствует репертуару.

— Это радует, а то, знаете ли, в последнее время наблюдаются большие проблемы с чем-то действительно новым и интересным. Хотя я по образованию историк и по сути своей больше привык интересоваться делами давно минувшими. Но ведь и все новое когда-нибудь станет историей.

— Безусловно, — поддержал я, — и сейчас мы с вами творим новую историю.

— Посмотрим, посмотрим.