— Звучит пошло, ты в курсе? — засранец смеётся и проворачивается вполоборота, подпирая голову рукой."
"— Что для тебя не звучит пошло, Савельев? — закатываю глаза. — Говори, зачем припёрся, или я ухожу домой, у меня работа.
— Извиниться.
У меня даже мурашки остановились, забыв, куда бежали.
Замираю в кресле и с недоверием смотрю на Артёма, потому что… Да потому что, что это было?!
Протягиваю руку, касаясь тыльной стороной ладони лба Савельева, но вроде не горячий, не заболел, значит.
— Ты же сказал, что не пил, — говорю тихо и с недоверием.
Ну не может Савельев в здравом уме сказать мне такие слова, не может.
— Да не пил я, и не заболел, — он цокает. — Извиниться не могу приехать?
— Ну… Вообще-то нет!
Наверняка я похожа на истукана, но сижу и правда с каменным лицом, пытаясь понять, что происходит. Потому что до меня правда не доходит, что Савельев вот так просто приехал ко мне вечером в субботу, чтобы извиниться. Ну… Это выглядит как бред сумасшедшего.
— Ладно, серьезно, я приехал, потому что осознал, что ты была права, — опять закатывает глаза.
Что-то с ним не то… Он какой-то дико расстроенный. Старается шутить и улыбаться, но это вообще не его типичное поведение, он действительно грустный. Что вдруг случилось, что он стал таким, да ещё и извиниться приехал? — Я придурок и козел, отверг твою помощь, но оказалось, что она мне реально нужна. Я хочу вернуться в команду и психую я так как раз потому, что хоккея нет.
— Да ладно, не такой уж ты и козел, — хмурюсь.
Мне не очень нравится его настроение, но расспросить, что случилось, не имею права. С чего мне лезть в его душу? Оно ни ему, ни мне не нужно. — Псих, конечно, и несомненно придурок, но не козел. Я бы даже сказала, что ты… М-м-м…
— Скажи, что я котик, — Савельев закусывает губу и смотрит с прищуром, ну точно кот. Говорить я ему этого, конечно, не собираюсь.
— Скажу, что ты не козел, хватит с тебя.
— В следующий раз в зале будешь гонять ты меня. Мне очень надо вернуться в команду, Гаврюш, а если уж мы начали вместе, то давай дальше тоже вместе? Обещаю быть адекватным и хорошим тренером, если ты будешь взамен меня пинать, если я опять буду козлом.
— Почему я? — правда не понимаю. Раз у нас с ним не срастается, было гораздо проще ходить в зал с Егором, например.
— Из всех людей, орущих мне за хоккей, только ты смогла сделать что-то, а не только говорить, — это звучит слишком серьезно, мне даже немного не по себе.
