Мою неуклюжую Гаврилову, которую я буду держать под руку весь путь до универа, потому что она будет падать на каждом даже немножечко скользком участке. Я хочу просто идти на пары и хохотать на всю с подругой, а не бегать от бывшего и от… и от Егора, короче.
— Привет, Неженка, — он опять улыбается. Постоянно улыбается, хотя я вообще не понимаю, что так сильно его радует. Говорила же, что он странный, скажу ещё раз. Странный он.
— Что ты здесь делаешь? — я делаю каменное лицо, надеясь, что по одному виду будет ясно, что я ему не рада.
— Приехал забрать тебя на пары, — он пожимает плечами. И правда, чего это я глупость такую спрашиваю, — сегодня холодно, ты ходишь без шапки, а я не хочу, чтобы ты заболела, поэтому…
— Колосов, вот скажи мне, ты серьезно? — я злюсь. Бессонная ночь накладывает отпечатки на моё настроение, а при виде Егора я в принципе никогда не бываю радостной. А он стоит, смотрит, как будто и правда серьёзно.
— Конечно серьёзно, Неженка моя, — он подходит слишком близко и обнимает меня за плечи одной рукой.
Здравствуйте приехали, этого только мне не хватало. — Я серьёзно не хочу, чтобы ты заболела.
— И с чего тебе вообще не всё равно на это? — скидываю руку Колосова, а он в наглую кладет её обратно на плечо, даже не обращая внимания на моё фырканье. Выглядываю из-за Егора, надеясь заметить Лизку, чтобы было куда сбежать без причины, но на глаза попадается… Серёжа. — А он тут что делает… — говорю вслух, чувствуя, как Егор напрягается, сразу поняв, о ком идёт речь.
Он прижимает меня к себе крепче, и я понимаю, что опять, чёрт возьми, опять не могу сопротивляться из-за чёртовой ситуации.
— Ну что, Неженка, поддержим легенду? — он шепчет мне на ухо и целует в лоб, обнимает и чуть прикрывает меня собой. Господи, ну где же я так нагрешила-то… — Я не понял, ты какого хрена снова тут забыл? — говорит он громче и уже гораздо грубее, когда Серёжа подходит ближе. Я молюсь всем существующим и несуществующим богам, чтобы встреча не закончилась дракой, как прошлая, потому что такого веселья мне точно не надо.
Меня накрывает небольшой паникой, когда замечаю у Серёжи пластырь на переносице, и чувствую, что Егор сжимает руки на моих плечах чуть сильнее, чем того стоило бы.
И, господи, я буду жалеть об этом ещё сотню раз, если не тысячу, я точно знаю, но я поднимаю руки и обнимаю Егора за талию, утыкаясь носом в его шею. Поддержать легенду? Да. Успокоить Егора? Охренеть, конечно, но да.
