Эта коза меня достанет, честное слово, хотя и сама ещё не до конца рассказала, что у них происходит с Савельевым, раз он так просто перед своими фанатками из нашей группы берёт её и целует.
Замечательно, что универ находится недалеко и нам не надо ехать в молчании кучу времени, потому что даже эти пять минут были слишком напряжёнными. Колосов паркуется, и, когда я тянусь к ручке двери, блокирует замок, оставляя меня внутри. Гаврилова, конечно же, успевает выйти. Чёртова поворотливая коротышка, зачем так быстро?
— Егор? — поворачиваюсь к нему, не понимая, что можно от него ожидать.
А вдруг приставать начнёт? Тогда я ему этого точно никогда не прощу. Сейчас я пытаюсь сохранять с ним хотя бы человеческие отношения зачем-то, но, если он распустит руки, сразу пойдёт на все стороны.
— Неженка, слушай и не перебивай.
Он не улыбается. Мне страшно. Что такого хочет сообщить, что не улыбается, а? Решаю перебить и договорить то, что не договорила у подъезда. К чёрту.
— Колосов, послушай лучше ты. Спасибо за помощь с бывшим, уверена, он лезть ко мне больше не будет, но хватит.
Ходить за мной больше не надо.
— А я и не буду, — он пожимает плечами, и я приподнимаю бровь. Как понимать? Чего таскается тогда за мной? На секунду даже успела обидеться, что так просто и быстро от меня отказался, пусть это и является моей заветной мечтой, но всё-таки. — Не буду ходить, Неженка, я ездить буду. По крайней мере, пока холодно. Говорю же, не хочу, чтобы ты болела. А не всё равно мне, потому что ты мне нравишься.
Да твою ж мать, а.
Лиза
Выхожу из машины и замечаю хитрющий взгляд Колосова, который не сулит ничего хорошего. И да. Он блокирует двери машины, Алиса не может выбраться. Вот кобель, а. Скандал закатывать не решаюсь, потому что, если что-то пойдёт не так, Лиска сама рот откроет и закричит громче пожарной сирены. Решаю подождать на крыльце, всё равно без неё внутрь не пойду. До начала пар ещё минут тринадцать, время есть, поэтому я максимально осторожно поднимаюсь по ступенькам и останавливаюсь на площадке у входной двери.
Дышу морозным воздухом, дрожу от холода и зарываюсь в любимый огромный шарф ещё глубже, оставляя не скрытыми тканью только глаза. Выгляжу, наверное, как крокодил, который охотится, но вообще плевать, если честно. Мне холодно, и я буду делать всё, чтобы хоть немного согреться.
Не успеваю я даже пропеть в голове припев песни, которую я услышала с утра у кого-то из мимо проезжающей тачки, как на своей чёрной красотке подъезжает Савельев.
