Потому что Зай самое светлое, что было в моей жизни, и если отказаться и от неё, получится, что смысла в этой жизни особого и нет. Илья даёт отмашку, и я успеваю взять трубку, наверное, на последних гудках.
— Да? — коротко бросаю я.
И жду ответа. Не со страхом. С надеждой. Потому что это у меня трубка старая и надёжная. Динар номер поменял, возможно, мер осторожности принять просто не успел. Я жду его звонка второй день.
— Страшно тебе? — спрашивает Динар. — Думаешь о том, что тебе будет? Как тебя будут убивать? Ты просто быдло.
Быдло и вор, вор, крадущий чужих детей. Поверь, твоя смерть будет очень долгой… почти такой же долгой, как смерть моей блядской жены.
Он блефует, в этом я уверен. Наверное, он под наркотой, она даёт людям ложное чувство уверенности в своих силах.
— Ты не боишься за свою дочь?
Динар смеётся. Сейчас он точно не боится ничего.
— Подожди, скоро и Таир узнает, — говорит он и сбрасывает звонок.
Таир должен узнать, и о многом. Сейчас меня волнует совсем не это, закуриваю снова, с удовольствием затягиваюсь, набираю Илью.
— Есть?
— Есть! — голос его дрожит от предвкушения. Он порядком обижен на Зай, но так молод, так горит энтузиазмом. Он жаждет спасать принцесс из плена, даже если они травят его таблетками. — Определить смогли только район, но наши поиски конкретно сузились. Сейчас бросим туда все силы.
Спать отправляю себя насильно. Сейчас хочется туда, в прокуренный автомобиль, гнать, не жалея автомобиля. К Зай. Но у меня — ребёнок. Маленький чужой ребёнок.
И выспаться нужно, и ребят надо раскинуть по сменам и спать отправить…
Ясмин пришла, когда я уже засыпал. Открыл глаза — маленький силуэт в пижаме на фоне открытой двери.
— Я не могу уснуть, — пожаловалась она.
И полезла ко мне, маленькая такая, четверть человека, а если от меня так и вовсе одна десятая. Я растерялся — вот что с ней делать?
— Я тебе не папа.
— Мы будем играть, — сказала Ясмин, затаскивая на постель свое одеяло. — Ты будешь папой зайцу. А я его подружка и просто у вас в гостях.
Завозилась, устраиваясь поудобнее. Я махнул рукой — пусть спит, тем более и место-то не занимает. Однако утром уже иначе считал — проснулся балансируя на краю, а деть, в котором чуть больше метра, занимал все пространство разложенного дивана.
— Сегодня ты посидишь у меня в центре, — сказал я. — Я вечером уеду по делам. В центре ты была с няней, помнишь?
Ясмин серьёзно кивнула, потом ушла в себя и до самого вечера не сказала ни слова.
