"
"На даче, как всегда, куча дел, разгребаем снег, который валит безостановочно - занятие бесполезное и тяжелое, но мой отец получает от него какое-то извращенное удовольствие, поэтому… гребем лопатами белый-родимый с раннего утра до позднего вечера, прерывает нас только мама, в шубе и цветастой шали выскакивающая каждые полчаса на крыльцо с криком: «Ваня, тебе звонят! Какое-то имя нерусское, еле выговоришь!» В общем, в перерывах между уборкой двора я общаюсь с иностранными менеджерами, в это время мама тихонечко семенит за мной по пятам из комнаты в комнату и слушает, притаившись в уголке.
Денек выдался тот еще, родители всегда причитают, что я слишком много работаю и устаю, но это совершенно не мешает им загрузить меня по приезду физическим трудом, да так, что вечером руки трясутся. Вымотавшись, я падаю на подушку, но едва успеваю закрыть глаза, как вновь вибрирует мобильный.
- Да? Что-то случилось?
- Ваня, ну что за фигня? - это сосед по лестничной площадке Тимофей Дмитриевич, и судя по голосу, он в бешенстве.
Тут же сажусь, напрягаюсь всем телом, ожидая услышать худшее. Только бы не пожар. Пожалуйста, не пожар. Сейф в квартире огнеупорный, но хрен его знает, как оно на самом деле…
- А что? - спрашиваю незамедлительно.
- На часы посмотри, вот что. За полночь, у вас музыка орет. Мне в полицию звонить? Ты дома?
- Черт. Нет, не дома, но через полчаса буду. Не звони никому. Сейчас разберусь.
Прибью вертихвостку. Делать нечего, одеваюсь и под причитания мамы выбегаю во двор. Спешу на разборки, благо машина в гараже стоит, не успела заледенеть.
Тимофей Дмитриевич — депутат, который имеет отличные связи, и иногда мне помогает. Ни в коем случае нельзя с ним портить отношения, потеря такой дружбы может обойтись в сотни тысяч.
Ночь, мороз, печка работает на максимуме, но все равно адски холодно. Я лечу из деревни в город, пытаясь придумать хотя бы две причины, почему не должен злиться.
Ну что ж, музыку с нашего пятого этажа слышно в подъезде на первом. Игнорирую лифт и взлетаю по лестнице.
Дверь входная не заперта, спасибо, хоть не настежь.
Нетрудно догадаться, какая передо мной предстает картина: девица, глотнув свободы, созвала толпу друзей, которые в моем доме устроили гребаное пати. Тут человек тридцать, не меньше. И хозяйка вечеринки - в центре внимания: сидит на барной стойке с бокалом вина, ногу на ногу закинула, хохочет. Увидев меня, правда, в лице меняется. Соскакивает с места и хлопает ресницами. Краснеет.
- Ваня, я сейчас все объясню.
