Мы их не трогаем, зачем они появились? Вспоминаю, с каким выражением лица он бил меня, и шестым чувством понимаю, что Ваня тоже об этом думает. Черты его лица становятся резче, я уверена - одно резкое слово Младшего, и Ваня его забьет насмерть. Раньше он не мог меня защитить, правосудие не позволило, сейчас все иначе.
И тут меня осеняет.
Неужели Ваня что-то натворил?! В панике я таращусь на мужа, тот хмурится. Обещал, что не будет мстить, но не сдержался? Они прибыли, чтобы снова испортить мне жизнь? Запустить тот кошмар по второму кругу? Они хотят отнять у меня Ваню? Я вцепляюсь в его руку.
Я нервничаю. Я так сильно сжимаю его плечо, что он оглядывается на меня, не будь куртки, я бы поцарапала его ногтями. Мне страшно, так страшно, что начинает кружиться голова. Будь мы не на улице, а в помещении - уверена, что потеряла бы сознание.
А затем шок отступает так же внезапно, как захватил меня. Словно существует рубильник, выключающий прежние страхи, и кто-то за него дернул. Мой взгляд становится хищным, я чувствую себя уверенной и понимаю, что готова сражаться.
Перед Младшим не та забитая беспомощная девочка, которая мечется из угла в угол, нигде не находя не то, что поддержки - слова доброго. Дочь не понимает, что происходит, начинает выкручиваться у Вани на руках, а мы с ним оба, как приготовившиеся к схватке дикие звери, исподлобья глядим на человека, однажды едва не уничтожившего нас. Мы ничего не забыли и не простили. Мы готовы топтать, кусать, забить его насмерть, если тот решит покуситься на наших детей.
Я не знаю, чем Младший занимался все эти двенадцать лет, но мы набирались сил, опыта, обрастали связями. Копили деньги.
Первыми мы его не трогали, но если он пришел объявить войну, то мы готовы. Еще посмотрим, кто выйдет из нее победителем. В моем животе активно шевелится сынок, я прижимаю руку к тому месту, куда он бьет ножкой, поглаживаю, пытаясь успокоить его. Разнервничалась, сердце разогналось, он проснулся. Не бойся, мой хороший, мама тебя в обиду не даст.
Младший со своей спутницей переглядываются, подходят ближе, останавливаясь в нескольких метрах от нас.
- Че надо? - гаркает Ваня так, что у меня холодок пробегает по спине. Женщина ежится, а Младший пялится на нас во все глаза. Выглядит он паршиво, если честно. Или пьет, или не спит неделями.
А потом женщина теряет сознание и падает, Младший ее подхватывает, обнимает и смотрит на нас одновременно испуганно и умоляюще.
