Растеряно хлопая глазами, она не сразу нашлась с ответом, долгие секунды разбираясь в собственных потребностях и желаниях.
Вместе с активным мыслительным процессом разыгрался аппетит, и выбор был сделан. В конце концов, завтрак казался хорошим поводом оттянуть дальнейший, наверняка неминуемый разговор.
— Буду, — кивнула она несколько минут спустя, когда Сергей поглядывал на нее уже не столько выжидающе, сколько с непониманием.
— Отлично. — Он вновь встал из-за стола и шагнул к холодильнику, открыл хромированные дверцы и принялся вещать из огромных недр: — Есть всякий сыр, парма.
.. — Кира не видела, но слышала шорохи упаковок и периодический стук пластиковых контейнеров о стеклянные полки. — Еще сырники есть, будешь?
Кира поспешила согласиться прежде, чем на столе перед ней появится содержимое целого холодильника. Ситуация была непривычна, и оттого настороженность и неловкость росли с каждой минутой. Сергей не делал совершенно ничего необычного, однако Кира не знала, куда себя деть: как сесть, как улыбнуться и что сказать.
Любая забота, пусть и такая, из вежливости и привычки, ставила ее в тупик. Всегда казалось, что Кира обременяет другого человека, что она должна поступить иначе, чем поступила, что она причиняет неудобства своим присутствием.
Конечно, она давно знала, что все эти мысли — ерунда и неправда, и столь же давно научилась не думать подобные глупости, не воспринимать проявления гостеприимства, щедрости и дружеской поддержки как что-то искусственное и неискренние, но сегодня неожиданно накрыло.
Наверное, потому, что Кира отчетливо понимала, насколько она и Сергей друг другу никто.
Или, быть может, потому что внутри нее постепенно нарастал страх: вдруг Сергей считает по-другому? Маловероятно, но все же...
Дверцы холодильника закрылись бесшумно, и Сергей снова появился в поле ее зрения, нагруженный несколькими контейнерами с едой и парочкой упаковок с деликатесами от явно заграничных производителей. На секунду Кира испытала зависть: наверняка Сергею с находящимися в его владении ресторанами запросто достаются недоступные в супермаркетах даже не самым простым смертным гастрономические изыски.
– Что, проснулся аппетит? — он по-своему истолковал ее взгляд.
Кира улыбнулась. Голод и правда чувствовался сильнее, да и попробовать несомненно настоящую пармскую ветчину, а не суррогат в пиццы бюджетной стоимости, хотелось, откровенно говоря, очень.
— Есть немного.
