Начатый диалог резко потерял смысл.
— Что ты там говорил? — уточнила Кира сипло.
— М?.. — Мысли застилал вязкий, беспроглядный туман. — Забудь, — выдавил Сергей, признавая собственное поражение.
Удержаться и не дотронуться до ее груди, налитой, округлой и небольшой, сияющей белизной на фоне остальной загорелой кожи, было нереально. Сжав обеими ладонями полушария и подушечками больших пальцев поглаживая соски, Сергей поддался вперед, чувствуя, как по губам пробегает вырвавшийся из Киры тихий стон. Через секунду их губы наконец соприкоснулись.
Глава 19
Головокружительный поцелуй заставил Киру потерять всякое терпение. Исчезли последние ориентиры в пространстве; тело, охваченное приливами и отливами мучительно-приятных, то обволакивающе-тягучих волн, то остро-болезненных, раскаленных стрел возбуждения, безоглядно стремилось к утолению особенной, небывало сильной жажды.
Она и Сергей задыхались и хватали ртом сухой воздух в миллисекундных паузах между откровенными поцелуями, но не могли разомкнуть губ полностью.
Сознание путалось, перед глазами стояла полупрозрачная пелена. Кира замечала только Сергея. Его черные, не имевшие дна и предела глаза смотрели безотрывно в ответ, забираясь под сердце и разжигая внутри груди неуемное, неукротимое пламя.
Руки — и ее, и его — давно действовали сами по себе, не спрашивая разрешения у тех, кому принадлежали. Беспрерывно оглаживая грудь, бока и живот, забираясь Сергею под пояс брюк кончиками пальцев, Кира чувствовала, что потребность дотронуться, испытать тактильный контакт с ним — настолько близкий, насколько возможно, — словно не поддавалась восполнению.
Ладони пылали, ощущая тепло и гладкость его кожи, в венах вспыхивала кровь, отзывчиво реагируя на любое движение крепких, четко оформленных мышц: очевидно, Сергей очень даже занимался спортом. Кира еще в прошлую совместную ночь, пусть и не слишком осознано, запомнила, каким подтянутым и полным сил было его тело.
Неожиданно, но впечатлилась она не только с эстетической точки зрения, но и с вполне разумной: следившие за собственными внешностью и здоровьем мужчины вызывали уважение.
В случае Сергея это уважение крайне быстро перевоплотилось в восхищение. Кира и хотела бы найти в его личности или внешности недостатки, но пока не удавалось. Особенно сейчас, когда он смотрел на нее так, что ритм сердцебиения сбивался, а дыхание замирало, пока внутри в свободном падении с обрыва летели стаи бабочек.
