Эмоций, переполнявших сейчас Киру от и до, было столько, что она не знала, как их выплеснуть. Ноги ослабели, а недавняя легкость уже сменялась истомой и тяжестью.
Погрузившись в собственные ощущения, Кира едва не забыла о Сергее, застывшем за ее спиной. Лишь когда звенящий в голове и ушах гул утих, до нее вновь донеслось частое, прерывистое дыхание, напоминавшее о его возбуждении. Наверное, несмотря на свое состояние, Сергей позволял ей прийти в себя перед следующим витком безумия.
Что он непременно случится, она не сомневалась ни секунды.
— Ты как? — Хриплый шепот нарушил установившееся прежде безмолвие.
— Я... — Кира сглотнула, смачивая осипшее горло. — Не ожидала, что будет так... хорошо. — Вжав ладони в стол, она выпрямилась и медленно развернулась; былая смелость испарилась, зато вернулось стеснение."
"Почти сразу на ее смену позиции отреагировал Сергей, вновь заключив Киру в кольцо собственных рук и заставив вздрогнуть: чувствительность еще сохранялась и любое, самое незначительное прикосновение отзывалось внутри залпом болезненно-острых искр.
— Я старался, — сказал он довольно в ответ на ее слова.
Кира подняла голову и встретилась с ним взглядом. Хватило пары мгновений, чтобы почувствовать, как едва заметными пульсациями томления к ней возвращается уже знакомая жажда. Весь облик Сергея: расширенные, черные зрачки, чуть приоткрытый рот, напряженная, высоко вздымающаяся грудь и застывшая в ожидании фигура, — незримо вибрировал желанием и сексом, непреодолимой силой неизбежности грядущего и словно утягивал на дно воронки.
Кире вдруг подумалось, что теперь эта неизбежность близости всегда будет обволакивать ее и Сергея, заключая в невидимую сферу, где будут безоглядно исчезать воля и разум.
Необходимость прикосновения опять стала превалирующей и определяющей дальнейшее. Преодолевая последние сантиметры дистанции, Кира и Сергей одновременно шагнули навстречу друг другу.
Теплые и ласковые мужские ладони огладили женские предплечья и плечи и затем замерли у шеи, позволяя себе лишь кончиками пальцев забираться в копну волос. По Кириной коже роем понеслись мурашки — до того это было приятно. В груди затеплилась нежность и упала новой искрой в едва начавший затухать огонь.
Не обменявшись больше ни словом, она и Сергей впились друг в друга взглядами. Гипнотизируя и завораживая.
