Неподобающая Мара Дайер

— Рада познакомиться с вами, Мара. Начинайте.

— Фатальный изъян! — выкрикнул кто-то.

С британским акцентом. Я повернулась на стуле. Я бы сразу узнала мальчика, которого видела вчера, даже если бы он не был таким же помятым, как прежде, с распахнутым воротником, свободно повязанным галстуком и закатанными рукавами рубашки. Он все еще был красивым, все еще улыбался. Я сощурилась, глядя на него.

Учительница тоже сощурилась.

— Спасибо, Ной, но я вызвала Мару. И «фатальный изъян» в любом случае не самое точное определение.

Я попыталась, тем более что знала теперь — мальчик-британец тот самый печально знаменитый Ной Шоу.

— Это означает ошибку или заблуждение, — сказала я. — Иногда называемые трагическим изъяном.

Мисс Лейб кивнула, словно поздравляя меня.

— Очень хорошо. Я рискну и предположу, что в вашей школе вы читали три фиванские пьесы?

— Угу, — сказала я, борясь с застенчивостью.

— Тогда вы нас обогнали. Мы только начали «Царя Эдипа». Может кто-нибудь — не Мара — сказать, в чем заключался трагический изъян Эдипа?

Ной был единственным, кто поднял руку.

— Дважды в день, мистер Шоу? Это не в вашем характере. Пожалуйста, продемонстрируйте классу ваш ослепительный интеллект.

Ной, отвечая, глядел прямо на меня. Вчера я ошиблась — его глаза была не серыми, а голубыми.

— Его фатальным изъяном было самопознание.

— Или его гордость, — парировала я.

— Дебаты! — Мисс Лейб хлопнула в ладоши. — Мне это нравится. Это нравилось бы мне еще больше, если бы остальные ученики выглядели живыми, ну да ладно.

Учительница повернулась к доске и написала мой ответ и ответ Ноя под словом «гамартия».

— Думаю, имеются доводы в защиту каждого из этих утверждений. Что незнание Эдипом того, кто он есть, — так сказать, незнание самого себя, — послужило причиной его падения. И что его гордость — или, вернее, его надменность — привела к трагическому падению. И я хочу, чтобы каждый из вас к следующему понедельнику написал пять страниц вашего гениального анализа этого предмета.

Класс дружно застонал.

— Хватит. На следующей неделе мы начнем изучать антигероев.

Потом учительница продолжила лекцию, большую часть которой я уже слышала. Слегка соскучившись, я вытащила свою полную загнутых страниц любимую книгу «Лолита» и спрятала ее под тетрадкой. Наверное, в классе не работал кондиционер, потому что по мере того, как тянулись минуты, тут становилось все более душно.