Непокорная

К этому времени, пока я буду приводить себя в порядок, Ася уже должна будет проснуться. Она у меня та ещё соня, если бы не я, давно бы её уже выперли из универа за постоянные опоздывания.

Кутаюсь в полотенце и шлепаю к шкафу, открываю его, и недолго думая, достаю комплект белого нижнего белья. Сразу скажу, ничего особенного, обычные лифчик и такие же труселя, стопроцентный хлопок. Дальше выбираю одну из любимых белых футболок и джинсы на высокой талии. Благо, апрель месяц выдался очень тёплым и уже сейчас я могу позволить себе так одеться.

Натягиваю это все на себя, пару раз провожу расческой по волосам и, вуаля, я готова покорять этот мир. Беру свой рюкзачок, скидываю туда свои тетрадки и покидаю комнату. Пора завтракать.

Сумарь бросаю возле вешалки в прихожей и топаю на кухню. Ася уже здесь, разливается по кружкам кофе, это ещё одна вещь, за что я её так люблю. С такой подругой и мужика не надо, кофе в постель мне с утра и она принести может.

— Доброе утро, — здороваюсь, открывая холодильник. — Что будешь на завтрак? Омлет или яичницу?

— Привет, — зевает она, топая к столу. — Мне без разницы.

— Ну, тогда омлет, — решаю за нас двоих и принимаюсь доставать яйца и молоко.

Пока я готовлю завтрак, Аська не спеша накрывает на стол. Режет хлеб, ставит масло и сахар, расставляет приборы. Обе молчим, я — потому что не знаю, как начать разговор о том, что передумала. Она — потому что ещё не до конца проснулась.

— Слушай, Ась, — выкладываю на тарелки омлет и обращаюсь к подруге.

— Струсила, значит? — хихикает она, мгновенно просыпаясь. — Я так и думала, что к утру ты передумаешь.

— Ничего не струсила, — тут же начинаю заводиться. — Просто хорошенько все обдумала и пришла к выводу, что мне это не надо.

— Ну-ну, пришла к выводу, — продолжает надо мной посмеиваться.

— Я серьёзно, — со злостью ставлю сковородку на плиту и поворачиваюсь к ней. — Лучше сразу послать Соколовского, чем терпеть его присутствие рядом целый месяц.

— А как же "наказать плохого мальчика"? Не ты ли мне вчера об этом говорила?

— Он сам себя уже наказал, родившись идиотом.

— Ой, Ринка, делай, как знаешь, просто признай, что испугалась того, что он может победить и все, — лукаво смотрит на меня, помешивая свой кофе.

— Ты наверно сейчас шутишь? Он никогда не сможет победить в этом споре. НИКОГДА.

— Опять? — снова начинает хохотать.