Непокорная

Как зверь, который терпеливо ждёт, когда его жертва подойдёт поближе, чтобы потом одним прыжком поймать её в свои лапы.

И ведь почти точное сравнение, Соколовский вблизи мне кажется просто огромным, и я рядом с ним чувствую себя карликом. И это с моим то ростом, почти метр восемьдесят. Какой же тогда у него рост? А ещё эти мускулы, широкие плечи… Медведь, да и только.

Что это? Неужели мои ноги начинают дрожать? Надо успокоиться, и просто пройти мимо, до входной двери осталось совсем немного. Может, он и не меня вовсе ждёт, а просто решил прогулять пару.

И спора никакого не было, Аська просто не так все поняла, а я тут себя накрутила.

Все, Рина, не смотри на него, лучше смотри себе под ноги, а то так и упасть недолго. Да, точно, надо смотреть вниз, там вон камушки красивые валяются.

Боже, о чем я только думаю?

Какие, к чёрту, камушки?

— Привет, — раздаётся чуть не над ухом бархатистый мужской голос.

Вздрагиваю, и от неожиданности запинаюсь…о свои собственные ноги…

Сильные руки обхватывают меня, прижимая к мужскому телу.

Невольно делаю глубокий вдох. Пахнет цитрусом, немного мятой и чем-то ещё…Пахнет мужчиной.

— Аккуратнее, так и нос недолго разбить, — и снова этот голос.

Поднимаю голову вверх и вижу перед собой его красивое лицо. Он и правда очень хорош, не зря же столько девушек за ним бегают. Да и один его голос чего стоит, так бы слушала… слушала… и слушала…

— Ты немая что-ли? — на его лице появляется улыбка, и я забываю, как дышать.

Смотрю на него немигающим взглядом, и никак не могу прийти в себя.

Он — само совершенство, таких просто не бывает, вот честно. И..

И что он только что сказал?

— Мм? — пытаюсь спросить, но получается только промычать.

Соколовский начинает ржать, что волей не волей начинаешь приходить в себя, но не до конца, потому что даже смех у него красивый

— Бл*ть, так на меня никто не реагировал, но мне нравится, — немного успокоившись, произносит он, продолжая лыбиться. — Ты нечто, Кареглазка.

Не совсем понимаю, о чем он говорит, но это его ласковое "Кареглазка" заставляет меня улыбнуться.

Так и продолжаем стоять, прижавшись друг к другу. Его сильные руки крепко обнимают меня за талию, а я сама вцепилась в его плечи.

Не знаю, сколько бы это продолжалось, если бы не чье-то деликатное покашливание. Я никогда не очнулась бы от этого помутнения.

— Молодые люди, между прочим, занятия начались десять минут назад.

Поворачиваю голову на голос и вижу перед собой недовольное лицо препода.