Непокорная для шейха (СИ)

Видит Аллах, я пыталась его простить, но смерть моего брата не прощу никогда. Не проходит и дня, как я не думаю о нем. О жестоком поступке отца, поступке, который не имел никакого смысла, кроме утоления его жестокости. Эти игры стоили жизни Висаму.

— Газаль, — Далиль погладил ее по руке. — Тело твоего брата так и не было найдено. Он пропал без вести, а это значит, что надежда осталась. Пока ты не видела его мертвым, рано терять надежду. Аллах посылает нам испытания, порой для того, чтобы мы начали ценить то, что имеем.

— Далиль, прошло два года. Мы оба знаем, что Висам не мог выжить один в пустыне. И то, что его не нашли, ничего не значит.

— Ну а что говорит в этом случая теория вероятности?

— Только то, что она имеет мало общего с жизнью. Мне нужно смириться, что его больше нет. И каждый раз у меня это получается… а потом приходит новый день, и я понимаю, нет, не получилось. Это как новое логарифмическое уравнение, которое никогда не решить даже мне.

Воспоминания о брате растрогали принцессу.

Но Далиль все равно нашел слова и жесты поддержки, и в свои апартаменты в Амстердаме муж и жена вернулись в приподнятом настроении. Ожидание конца разлуки пересилило. Оба думали о т ом, как бы не наброситься друг на друга, стоит им переступить порог.

Два года. А любовь между ними только крепла и росла, выше и выше, в плюс бесконечность, выражаясь языком математиков.

От высокого дерева поспешно отделилась широкоплечая тень. Так стремительно, что охрана не успела взять чету бин Зареми в кольцо.

Но тем не менее, оперативно отреагировала, кинувшись на незнакомца.

Шейх бин Зареми хотел было остановить бодигардов, чтобы не причинили мужчине излишнего вреда, пока не выяснится, что же ему надо, но не успел. Незнакомец вытянул руку, и меньше чем за долю секунд элитная охрана оказалась на асфальте. Таинственный гость обезвредил их, как будто играючи, применив не нанесшие особого вреда приемы.

Когда навстречу ему двинулся водитель, на ходу выхватывая пистолет, боец занял оборонительную стойку, чтобы продолжить бой врукопашную.

Прыжок, удар ногой в тяжелом армейском ботинке по руке — пистолет глухо цокнул об асфальт.

В этот же момент капюшон, скрывающий его лицо, сполз на шею. Мужчина же это едва заметил. Выпрямился, поразив ошеломленных супругов крепким, как у морского пехотинца, телосложением. Даже короткая стрижка выдавала в нем военного, солдата удачи. Не обращая более внимания на кряхтящую на асфальте охрану, он сделал шаг вперед.