— Из-за двери донесся еще один вопль, и Раймонд ускорил шаг. — А также сияет солнце…
Еще один крик — на сей раз уже явно исполненный гнева.
Раймонд перешел на бег и ворвался в зал.
Джулиана сражалась с багроволицым Феликсом. Раймонд бросился ей на выручку, но его помощь не понадобилась. Размахнувшись, Джулиана мощным ударом влепила графу затрещину, пришедшуюся как раз по кончику его вздернутого носа. Хрустнули хрящи, брызнула кровь, и Феликс с истошным воплем согнулся пополам.
Раймонд застыл на месте, не веря своим глазам, а его невеста прошипела, обращаясь к поверженному врагу:
— Еще раз тронешь меня рукой, и тебя не узнает даже собственная собака!
— Добрая и мягкосердечная? — пропела Изабелла, останавливаясь возле Раймонда.
— Нежная и покладистая? — хмыкнул Жоффруа. — Сын мой, ты, как всегда, искажаешь действительность. Надо же было изобразить эту Валькирию ангелицей!
Джулиана слышала голоса, но сейчас ей было не до этого. Она не спускала глаз с Феликса, изрыгавшего проклятия. Граф зажимал рукой нос, между пальцев стекала кровь.
Джулиана недоуменно взглянула на свою ладонь, сама не веря, что сумела нанести столь мощный удар. Рука ее дрожала.
Феликс выпрямился, его глазки вылезали из орбит. Он никак не мог взять в толк, что, собственно, произошло.
Джулиана хотела было извиниться, но не стала — ни малейших сожалений она не испытывала. Жаль, конечно, что у Феликса сломан нос, но так ему и надо. Нужно было сделать это гораздо раньше.
Раздался бешеный рев, и Феликс ринулся на свою обидчицу, но ее защитницы были начеку: Дагна преградила ему путь, ей на помощь кинулась Валеска, а тут подоспел и Хью.
Они повалили Феликса на пол, причем старухи кричали что-то на непонятном языке, а Хью приговаривал басом:
— Погодите, сэр, дайте взглянуть на ваш нос.
Глядя на всю эту возню, Джулиана начала смеяться.
Феликс отчаянно мотал головой и не позволял дотронуться до носа.
Джулиана же плакала и смеялась попеременно — плакала, вспоминая о своей былой трусости, и смеялась, радуясь своей смелости.
Свершилось подлинное чудо! Она одержала победу над Феликсом.
Но насладиться триумфом не удалось — к горлу подступила тошнота, и Джулиана почувствовала, что теряет сознание. Кто-то подхватил ее на руки, не дал упасть. Она открыла глаза, увидела Раймонда. Он смотрел на нее пытливым взглядом. О Боже, не хватало еще, чтобы ее вырвало прямо на Раймонда. Она оттолкнула его и бросилась к выходу, но тут на глаза ей попался какой-то незнакомый мужчина.
