Еще лучше будет, если она докажет, что сэр Джозеф не прав.
— Как вам не стыдно, — дрожащим голосом укорила она Раймонда. — Вы же заработаете лихорадку! И что я тогда буду делать?
— Как что — лечить меня отварами и снадобьями.
— Я больше верю в силу молитвы.
— А я как раз молюсь, чтобы вы пододвинулись ко мне поближе.
Руки Джулианы жили собственной жизнью. Против воли хозяйки, словно притянутые магнитом, они коснулись его живота. Кожа была такой холодной, что Джулиана отдернула руку. Раймонд не пошевельнулся.
Джулиана осмелела и положила ладонь ему на талию. Тогда Раймонд лучезарно улыбнулся, приподнялся и наклонился над ней.
О, как он жаждал эту женщину! Она видела это, видела и ощущала страх, но совсем не такой, как в момент их первой встречи. Тогда она страшилась его так, как страшатся мужчины девственницы. Теперь же ею владел страх чисто женский — вдруг она окажется недостаточно хороша для такого умопомрачительного красавца?
Когда Раймонд наклонился, чтобы ее поцеловать, Джулиана зажмурилась.
Она не сопротивлялась, не брыкалась, а послушно подставила губы — точно так же, как делала когда-то в годы супружества.
Однако, в отличие от покойного мужа, Раймонд остался недоволен. Коснувшись ее холодных, неподвижных губ, он снова откинулся на подушку.
Джулиана немного подождала, но с его стороны никаких действий не последовало. Тогда она робко спросила:
— Я вам не нравлюсь?
Он скрестил руки на груди и, обиженно надув губы, пробормотал:
— Интересно, что это вы так плотно сжимаете рот, когда я вас целую?
— А как же иначе? — удивленно рассмеялась Джулиана.
— Держать его открытым, что ли?
Он развел руками:
— Вообще-то да.
Она села на кровати.
— Не может быть!
Раймонд смотрел на нее как-то странно — не то насмешливо, не то недоверчиво.
— Но так целуются у нас во Франции.
— Мало ли что, — обиделась она. — Французы, между прочим, и улиток едят.
Раймонд звонко рассмеялся:
— Знаете, не все французские обычаи плохи.
Джулиана была возмущена, но любопытство возобладало:
— Как же они целуются?
Он ответил не сразу, а когда заговорил — голос его звучал мечтательно.
— О, француженки умеют целоваться…
Джулиане показалось, что когда-то давно в чудесном сне все это с ней уже происходило. Может быть, и сейчас она видит всего лишь сон? Тогда нечего и бояться…
Она протянула руки, чтобы обнять его за шею, но Раймонд быстро взял ее за запястья.
— Не надо! — резко сказал он. — Я не люблю, когда меня трогают за шею.
