— Почему же у тебя такое выражение лица?
Ее руки гладили его по лицу, и это было очень приятно, хотя больше всего Раймонд хотел в этот момент ускакать куда-нибудь прочь.
— Кандалы — это ерунда, — хрипло произнес он. — Кейр их потом снимет.
Кейр, должно быть, отлично понимал, что происходит в душе его друга.
— Я так и не смог вытащить секиру из дуба, — сказал он. — Да и теперь от нее все равно не было бы никакого проку — лезвие безнадежно испорчено.
— Не нужно торопиться, — сказала Джулиана. — Если кандалы не причиняют тебе боль, то с ними можно и подождать.
"
"Раймонд подивился ее благородству. Вот что значит настоящая леди. Даже теперь она ведет себя с ним так, словно он ни в чем не виноват. Он был готов пожертвовать всем на свете, только бы Джулиана оставалась с ним. Вслух же Раймонд сказал:
— Нет, с кандалами сражаться я не смогу.
— Это верно, — согласилась Дагна. — Вон там крестьянская лачуга. Наверняка и топор найдется.
Раймонд свернул с дороги и постучал в дверь. Высунулся дрожащий серф, принес топор и обрубок дерева.
Раймонд опустился на колени, положил на чурбак цепь и сказал Кейру:
— Руби поближе к шее.
— Только осторожнее! — воскликнула Джулиана.
— Чем ближе, тем лучше, — повторил Раймонд и закрыл глаза.
Топор просвистел в воздухе, цепь хрустнула.
— Ну как? — спросил Раймонд, помотав головой.
— Ближе не получилось бы, — ответил Кейр и протянул поврежденный топор, а заодно и несколько монет крестьянину.
— Во всяком случае, второй попытки я делать не намерен.
Раймонд пощупал обрубок цепи, все еще болтавшийся на ошейнике, и засунул его под кольчугу, чтобы это постыдное украшение не позорило его перед Джулианой. Потом он протянул левую руку, с которой тоже свисала цепь, и сказал:
— Эту цепь тоже долой.
— Нет! — вскричала Джулиана.
— Нет, — повторил Кейр.
— А как же иначе? Я ведь не смогу как следует за меч взяться.
Кейр упрямо спрятал руки за спину:
— Ничего, как-нибудь справишься. Ты боец опытный. А вот если останешься без руки, тогда уж точно не сможешь драться.
И Кейр с решительным видом направился к своему коню.
Раймонд мрачно покачал обрывком цепи, а Джулиана жизнерадостно сказала:
— Пусть эти оковы напоминают тебе об оковах супружества.
Она хотела пошутить, но Раймонд дернулся, словно его ударили по лицу.
— Многие мужчины утверждают, что семейные узы похуже любых цепей, — добавила Джулиана. — Вот тебе доказательство.
Раймонд же думал, что ради жены готов на что угодно.
