Его разъяренный дух взмыл куда-то в недостижимые выси, а руки разили мощно и беспощадно. Наемники не могли с ним справиться, они валились на пол один за другим. Обрывок цепи, свисавший с запястья, отбивал удары и ломал кости; короткий меч исполнял бешеную пляску смерти. Раймонд взмахом левой руки обвивал руку противника цепью, а затем мощным рывком выбивал оружие или переламывал пополам сжимавший его кулак.
— Этот берсерк всех нас убьет! — завопил один из солдат. — Спасайся кто может!
Раймонд еще раз взмахнул цепью, и трое окровавленных врагов, выплевывая выбитые зубы, шарахнулись от него, но один остался на месте.
— Он все равно нас прикончит, — крикнул он. — Лучше умереть храбрецами.
Раймонд хищно улыбнулся — его последний противник в спешке не успел надеть кольчугу, так что справиться с ним будет несложно. Солдат тоже улыбнулся, и Раймонд почуял неладное. Увы, слишком поздно — оказалось, что сзади к нему незаметно подкрался один из наемников. На шею рыцарю накинули веревку. Он передернулся от отвращения, а злорадный голос прошипел ему на ухо:
— Вот ты и снова в ошейнике.
"
"Но нет, это были не сарацины, а всего лишь жалкие разбойники. Веревку на Раймонда накинул нищий рыцарь, вынужденный заниматься ремеслом разбойника, чтобы не умереть с голоду, а спереди на Раймонда с обнаженным мечом двигался обычный солдат, скорее всего разорившийся крестьянин, сменивший соху на клинок.
Раймонд яростно взревел, обхватил подкравшегося сзади врага и перекинул через плечо.
В следующий миг «крестьянин» в ужасе смотрел на обрубок своей руки, из обрубка хлестала кровь.
Рыцарь-разбойник поднялся на ноги и бросился наутек. Раймонд же с торжествующим воплем кинулся за беглецами.
Джулиана перерезала веревки, стягивавшие руки и ноги Марджери. Справившись с этим непростым делом, Джулиана обернулась и увидела, что в зале нет ни Раймонда, ни наемников. На полу валялись несколько тел — одни неподвижные, другие жалобно стенающие.
— Куда они все подевались? — шепотом спросила Джулиана, а Марджери звонко ответила:
— Папа их всех прогнал.
— И воинственно добавила: — Он их догонит и всех перебьет.
— Понятно…
Джулиана прижала руку к отчаянно колотившемуся сердцу.
— Что они с тобой сделали? — спросила она.
— Если ты думаешь, что они меня изнасиловали, то ты ошибаешься, — грубовато ответила Марджери, обнимая мать за шею.
Джулиана погладила ее по волосам, и обе вздрогнули от пережитого ужаса.
— Они все время ссорились между собой, — уже тише сказала Марджери.
