— Тогда мои замки, Лофтс и Бартонхейл, ему ни к чему! — запальчиво воскликнула Джулиана.
— Как сказать, миледи. — Он натянул ей на ноги грубые, но зато сухие и толстые чулки. — Родители у него такие скряги. Они не дают своему сынку ни гроша, чтобы он полностью от них зависел.
— Но ведь у него же собственное графство!
— Да нет, просто при рождении ему достался один из многочисленных титулов отца, однако доходов от этих земель он не получает.
— А сколько ему лет?
— Тридцать пять.
Джулиана разочарованно протянула:
— Да он уже немолод.
Мужчина весело расхохотался.
— Мне рассказывали, что он… неплохо сохранился. Зато, сами видите, вы можете не бояться, что он отнесется к вашим землям с пренебрежением. Будет беречь их как свои собственные.
Джулиана возмутилась еще больше:
— Но это не его земли, а мои! Я единственная наследница моего отца, упокой Господь его душу. Когда я была еще ребенком, отец настоял, чтобы я обошла каждый локоть наших земель, знала всех и каждого, кто живет в наших владениях. Иначе, говорил отец, меня будут обкрадывать все кому не лень.
А когда скончался мой муж, упокой Господь и его душу, я унаследовала еще один замок. С тех пор я не раз имела возможность убедиться, что мужчинам доверять нельзя — все они воры и предатели.
— Так вы унаследовали не только владения отца, но и владения мужа?
Джулиана замерла от ужаса. Какая же она дура! Сама обо всем ему рассказала, призналась в своем богатстве! Конечно, похититель знал заранее, что она женщина не бедная, но зачем же было самой ему все рассказывать? Кто он вообще такой?
Она потянулась, чтобы отодвинуть с его лица шарф, но мужчина отшатнулся.
— Я хочу видеть ваше лицо, — мрачно заявила она, и он позволил ей оттянуть шарф вниз.
Джулиана отдернула руку, словно обожглась."
"Ее глаза широко открылись — мужчина был красив. Даже слишком красив: зеленые глаза с длинными черными ресницами, черные же волосы до плеч, чисто выбритый подбородок с ямочкой, щеки гладкие и впалые. Сердце у нее предательски защемило. Джулиана сняла с мужчины шапку, и вьющиеся волосы цвета воронова крыла рассыпались по плечам.
Пожалуй, они были слишком длинными. И еще Джулиана заметила, что в ухе у незнакомца сверкает массивная золотая серьга самого что ни на есть варварского вида.
Похититель все еще терпеливо стоял перед ней на коленях, дожидаясь, пока она его как следует рассмотрит. Судя по всему, этот негодяй привык к тому, что на него засматриваются женщины. При этой мысли Джулиана рассердилась.
