Но Саторро, не обращая на меня внимания, распахнул книжный шкаф сестры и начал зачем-то перебирать книги, повернувшись ко мне спиной. Я не выдержала и вновь посмотрела на него, скользнув взглядом по широким плечам, узким бёдрам и…
Так, хватит, Алина! Ты же совсем недавно с ног валилась! Сосредоточься!
Я сердито ущипнула себя за щёки, чтобы привести в чувство. Надо действовать! Другого шанса не будет! Сейчас Аделаида с горничными явится, и будет суета!
Рейнард всё ещё стоял ко мне спиной. Я вытащила из волос заколку и кинула её на пол, стараясь попасть как можно ближе к кромке пледа.
Заколка упала, как по заказу, прямо на границе пледа и пола. Я театрально ахнула:
— Вот я растяпа! Заколку уронила!
И рыбкой нырнула вниз, краем глаза следя за Рейнардом. Тот только метнул в мою сторону быстрый взгляд, но не обратил особого внимания.
Я зажала заколку в ладони и принялась тщательно обыскивать пол, не забывая бормотать себе под нос: “Вот же незадача! И куда только завалилась!”
Наконец, улучив момент, я молниеносно приподняла кромку пледа и заглянула под кровать.
Там было пыльно и темно, и я быстро-быстро заморгала, чтобы привыкнуть к темноте."
"И там я разглядела очертания чего-то плоского, похожего на небольшую книжку.
Может, Вивиан любила читать в кровати? Перед сном, например? А книжку клала под кровать…
Или… она любила писать? А вдруг это дневник?
У меня аж ладони зачесались от напряжения. Я потянулась к находке, как вдруг совсем рядом тяжело бухнули шаги, и голос Саторро вкрадчиво пророкотал:
— А теперь, Эллейн, вылезайте оттуда и потрудитесь объяснить, что за спектакль вы сейчас тут устроили!
Глава 37
Ой, мамочки!
От неожиданности я подскочила и стукнулась головой о край кровати.
Заёрзала, пытаясь выползти из-под кровати. Как назло, запуталась в пледе, забарахталась, как муха, угодившая в паутину… и всё это время пронзительный взгляд Саторро жёг мне спину.
Блин! Представляю, что он сейчас обо мне думает!
Сердце оглушительно загрохотало в ушах.
От волнения я совсем перестала ориентироваться в пространстве, как вдруг почувствовала железную хватку сухой горячей руки на своём локте.
Меня настойчиво потянули назад и вытащили из моего позорного пледильного плена. Поставили на ноги — так легко, будто бы я была куклой. Я тут же принялась отряхивать волосы и платье, снимая с себя ошметки пыли.
В голове царил полный кавардак, приправленный диким волнением и досадой на себя за то, что так неумело попалась.
