Я во всей красе могла лицезреть, как меняется граф в лице, понимая, в чём я испачкалась.
Поросячий нос промеж маленьких глаз графа дернулся. Губы его скривились в отвращении.
– Я споткнулась, – сожаление было сыграть сложно, но я тяжко вздохнула, разведя руки в стороны. – Боюсь, не смогу вас принять в таком виде.
– Какое досадное недоразумение, ваш вид, конечно, не достоин леди, но я понимаю, в чем дело.
Граф вдруг шагнул ближе, заслонив своей солидной тушей с висячим животом весь проход и солнце.
– Я знаю, положение ваших финансов весьма печальное, – озвучил граф всем известную истину.
– Более того, вам известно, что за мной нет никакого приданого, – поддержала я правильный ход мыслей графа.
Вот только это не помогло.
– И как наследница рода де Лоран, вы обязаны сочетаться браком с сильным магом.
О да, я об этом прекрасно помнила. Не просто сильным, а входящим в сотню древних магических родов. Иначе мне грозило запечатывание дара.
Увы, граф был как раз таким магом.
Пожалуй, он был единственным подходящим кандидатом.
Бесприданница даже с магическим даром не была лакомым кусочком на рынке невест.
Граф об этом прекрасно знал и пользовался.
– Леди не пристало возиться в навозе, Марго, – позволил он себе вольность, назвав сокращенным именем. – Вы знаете, кроме меня, никто вам не поможет. Станьте моей женой.
В последних словах проскользнули властные интонации, от которых мне стало не по себе. Это было третье предложение от графа, и с каждым разом в его вопросе слышалось всё больше утверждения.
– Нет.
Да, я отказала. И сделаю это снова.
Я готова выйти замуж за кого угодно, только не за графа Шелье.
Вот только я всегда ограничивалась сухим «нет». А сегодня утро не задалось, я поддалась дурному настроению, не удержалась и добавила к привычному ответу:
– Я никогда не выйду за вас, граф. Даже если мне каждый день придется убирать навоз голыми руками.
Что-то неуловимо изменилось. Взгляд маленьких черных глаз будто покрылся льдом. Губы графа побелели, с такой силой он их сжал.
Я не успела отскочить, мужские пальцы сжались тисками на моём подбородке, не позволяя отвернуться или вырваться.
– Не зарекайтесь. Ещё пожалеете о своих словах и сами будете на коленях умолять меня… Уж поверьте, я найду применение вашему острому языку.
О да, мне известно о ваших извращенных наклонностях. Так уж вышло, что я в курсе, какой граф извращенец, и его предпочтения, граничащие с жестокостью, не для меня.
