(Не)покорная жена (СИ)

Тканей для детей набрала ярких, цветастых, купила марли для сушки цветов, бумага была дороже, да и на чердаке растения прекрасно сохли.

В бакалейной лавке в мои цепкие руки попали различные крупы, специи, большой мешок муки, сахар, соль, подсолнечное масло. В общем, набрала больше, чем могла унести.

В мясной лавке долго приглядывалась к говядине, но купила курицу. Выйдя на улицу, спросила у парня, что сопровождал меня, где можно купить живых цыплят.

Он рассказал, что животные продаются чуть в стороне, им отведён целый участок, подальше от продуктовой части рынка.

Купив детям игрушки — Леночке нарядную куклу, а Андрею отряд деревянных рыцарей в доспехах — отправилась выбирать цыплят.

На животноводческой части рынка кого только не предлагали. Долго приценивалась, но всё же взяла одного чёрного петуха, двух белых куриц и десяток жёлтых цыплят. К ним в компанию отправились пять утят и три гусёнка. Для малышей пришлось купить мешок пшена.

Интересно, как отнесётся Никита к новым жильцам?

На обратной дороге купила булочек с посыпкой, грамм двести конфет.

Молодой человек, получивший деньги, обливаясь потом, молча толкал тележку. Сколько радости было на его лице, когда мы подъехали к нужной телеге. Он скоренько перенёс продукты в телегу, наспех попрощался и чуть ли не бегом отправился в сторону овощных рядов.

– Виктория, откуда? – дядечка, что меня подвозил из деревни в город, не знал, куда смотреть, его взгляд бегал между Вишневским, продуктами и живностью. – Откуда всё это? Неужели травы так дорого стоили?

– Мне удалось найти хорошего аптекаря, – не было смысла скрывать правду.

– А Вишневский сам из деревни сбежал, боялся, что я потеряюсь, – хихикнула, усаживаясь в телегу, хотя Вишня предлагал прокатиться верхом, но мне хотелось растянуться и подремать в дороге. Сено было мягкое, укрытое плотной тканью. Купленные товары, ехали в другой телеге. За моей спиной расположился мешок муки, да какая-то мелочь сидящего рядом мужчины.

– Хорошо с магией жить, – произнёс незнакомый мужчина с соседней телеги.

Он с утра с нами выезжал, как и ещё несколько телег. Мне не понравился его взгляд, он был какой-то… Не знаю. С хищным блеском. По моей коже пробежал озноб.

Так, не стоит надумывать. Такими темпами я всех в разбойники запишу.

Мы ещё примерно час ждали, пока все соберутся.

Под двойными солнечными лучами, прикрывшись тканью, под куриное кудахтанье задремала.

– Виктория, мы трогаемся! – окликнул возница.

– Хорошо, – зевнув, убрала ткань и села.