Непокорное сердце огненного альфы

Бодрость лавировала между диким стремлением пойти и найти свою пару и желанием закрыть глаза и умереть обратно. Вместе с непреходящей мышечной болью от их непрерывных сокращений.

Рафаэль на это только глаза закатил и промолчал. Зато Ангелина оказалась более словоохотливой.

– Аделия дала противоядие.

Значит, не прогадал. Не смогла она.

– Жасминовый чай в примеси других травок со своей кровью она тебе дала, вернее Ангелине, чтоб она тебя напоила и ты, так и быть, не преставился, – вставил флегматично Рафаэль.

 – Как оно, кстати, вкусно? – не упустил возможности и тут съязвить.

– А что, хочешь на себе испытать? – отзеркалил его тональность.

Тем более во рту и правда ощущался привкус крови моей пары. И да, он мне нравился. А вот брат в ответ едва уловимо, но поморщился.

Ухмыльнулся. Я. Подумав о том, что было бы странно, если бы мне и правда травки какие-то помогли. Как и Аделия бы не таскала свои заколки на постоянной основе, если бы не имела иммунитета к их содержимому.

Да и я бы их ей просто не вернул в этом случае. А то ж она такая… поранилась бы и не заметила.

– Как давно ушла? – вернулся к основной теме.

Попытался подняться обратно на ноги, но те всё ещё плохо слушались. Даже двинуться не удалось.

– Забыл? – поинтересовался встречно Рафаэль. – Я же не вмешиваюсь в этот ваш убийственно милый междуусобчик, – замолчал, но ненадолго. – Достаточно давно она ушла, чтоб успеть купить себе яхту до Карибского побережья, – проворчал себе под нос.

– Уплыла? – только и спросил, проигнорировав всё остальное.

И тут же понял, что – нет. Ещё рядом. Пока что. А значит нужно её найти. Вот и предпринял новую попытку подняться. На этот раз вкупе с упрямством вышло куда бодрее. Хотя по ощущениям будто сотню миль пробежал без остановки.

– Твоя пара, вот ты и ищи. Я же сказал, поверю на слово. На себе испытывать не хочу, – опять принялся ворчать Рафаэль.

 – Вот не мог себе в пару выбрать кого-нибудь менее… Вега? – попрекнул в довершение, заметно крепче сжимая плечи своей пары. – Страдай теперь.

– Можно подумать, Оливейра лучше, – хмыкнул, прикрыв глаза. – И она не только Оливейра-Вега. Но ещё и Феррера, – припомнил фамилию матери Аделии, по слухам той ещё упрямицы и гордячки.

Ту, что пропала в своё время, и которую так и не нашли. Теперь понятно, почему.