Непокорный трофей

Вытянула лапку, ожидая пока я избавлю ее от этой ноши, а затем, бросив в мою сторону еще один внимательный взгляд, вылетела в окно.

Негнущимися пальцами развернула бумагу. Короткое послание было на старом языке Лертнании.

«Я вернусь за тобой! Если ты согласна, зажги все огни в своей спальне!»

Сжимая записку в кулаке, будто боясь что она исчезнет, тут же бросилась исполнять просьбу.

И все же у них был план! Теперь я в этом не сомневалась...

С моря дул штормовой ветер. Трепал шерстяной плащ на плечах стоящего на крепостной стене воина, словно пытался сорвать его.

Грозовые тучи надвигались на город. Гасли один за одним огни в окнах горожан, за стенами крепости. Пустели и без того немноголюдные улочки.

В воздухе ощущалась гроза.

Торем замер на крепостной стене, скользя взглядом по опустевшему городу, на который неотвратимо опускались сумерки. Но мысли его были не здесь.

Они прыгали, как путающий след заяц, то в пиршественный зал, то к разговору с Кнутом, но все время сворачивали к принцессе. И к тому темноволосому гонцу с лицом, как у юной девы. Только слепой не заметил бы в нем благородную кровь. Вот только кто именно явился за Адрианой, прикинувшись простым воином? Не Тобиас точно! А кто тогда?

Торем подавил желание снова обернуться и хоть мельком взглянуть на ее окна. Нет, он не увидит в них ничего. Но все равно хотелось. Зря он поднялся именно на восточную стену.

– Кхм…Торем, – совсем рядом раздался низкий, словно боевой рог, голос Снорри.

– Говори! – разрешил предводитель, даже не обернувшись.

Он слышал, как Снорри поднимался по каменным ступеням на стену. Хоть воин и отличался почти неслышным шагом охотника. Но Торем давно привык, что он слышит лучше и больше, чем обычный человек. Сердцебиение. Дыхание. Треск мелких камушков под подошвами сапог. Иногда, он и правда задумывался о том, что стал больше зверем, чем человеком.

И это была еще одна сторона подарка ведьмы. Пугающей стороной… Но Торем старался не думать о том, что с ним будет дальше.

– Мы проследили за гонцами, как ты велел, – прогудел Снорри.

– Они не остались в городе, и даже в деревне не решились оставаться на ночлег. Но разбили лагерь на берегу речки, – отчитывался Снорри. – Думаю потому, что течение быстрое, а дно – коварное.