Можешь требовать элементарную культуру и уважение дома. Но не смей лепить из него мелкое эгоистичное чмо! Если он выбирает для себя эту ношу, значит, она ему по плечам. Да и неизвестно, как дело развернется в будущем.
— Мам, я ведь реально уже не маленький.
Мне было жаль родительницу, она смотрелась совсем растерянной после твердой речи отца. Папа и правда редко подавал голос. Сейчас он, наверное, израсходовал свой десятилетний лимит откровенности. Поэтому просто окинул нас взглядом и вышел из дома.
— Кир…
Я принес маме воды, но о чем говорить, не знал.
— Я не смогу смириться… — прошептала мама. — Ты заслуживаешь другого.
Я с силой сжал пальцы в кулак.
— Ты просто не представляешь, какая она. Мне пора.
Наши корги вились около меня, не понимая моего состояния. А, может, почувствовали и хотели поддержать. Я потрепал их по ушам, поднялся на ноги. Каждый вдох в родном доме давался мне с болью.
— Пожалуйста, больше не приходи в мою квартиру.
Я должен был это сказать. Мама прищурилась.
— Это жилье моей бабушки! Мы помогли тебе…
— Ты хочешь, чтобы я съехал?
В глазах родительницы появился страх.
— Нет! Как ты не можешь понять, я просто за тебя переживаю. Ведь все было так хорошо…
Я выдержал взгляд.
— Мам, ты тоже пойми. Я очень благодарен вам за счастливое детство. Но по-настоящему жить взрослым я как будто только недавно начал. Рядом с ней.
Мама ничего не ответила. Впрочем, гибкость никогда не была главной чертой ее характера. Наверное, должно пройти время, пока она примет Лику.
Если это случится вообще. А мне придется смириться с тем, что она против. Это многое усложняет, и пока я даже не знаю, как развернется наше общение в будущем.
Внутри было мрачно, грела лишь мысль — скоро я увижу Анжелику. Однако у меня имелось еще одно дело в городе. Мне, наконец, назначил встречу Анатолий, продюсер. Не мой личный, конечно, подопечных у мужчины много. Потому мне и пришлось ждать несколько дней. Я хотел попросить его вывести меня на звукозаписывающую студию.
А еще дать координаты хорошего оператора — Толик имел множество связей. По сути, он выступал посредником между творческими личностями и всякими нужными им людьми. Ну и еще кем-то вроде советника. Вот и меня он взялся наставлять на путь истинный, едва я обрисовал ситуацию.
— Какие еще выступления? — вытаращил он и без того круглые серые глаза. — Ты знаешь, что нужен грамотный пиар?
Я усмехнулся.
— У меня есть хороший рекламщик.
Толя уставился на меня.
