Неповторимый

Только ружья, бьюшие наверняка. И если похищение устроил Дилман, я хочу заполучить его скальп.

– Ястребу его сердце на серебряном блюде, – возразил Ясень. Он уже направился было к дому, как внезапно остановился. – А что привело вас двоих сюда?

Серебристый Ворон и Клинок переглянулись между собой и посмотрели на Ясеня.

– Бешеную Лошадь посетило видение. Сам приехать он не мог и потому попросил нас проведать Ястреба.

– Вот как, – протянул Ясень.

Как индеец сиу Ясень и не думал подвергать сомнению мудрость вещего видения.

Скайлар казалось, что она движется словно во сне. Как будто все происходящее вокруг нереально. На нее нашло какое-то отупение. Мысли об ошибках, совершенных в прошлом, калейдоскопом крутились в голове. Годы жизни с Дилманом бок о бок. Он убил ее отца. Спал с ее матерью. И смеялся над самой Скайлар, над ее беспомощностью.

Она убежала. Излила на него свою злость и убежала, но не убила, поскольку не хотела уподобляться ему. И вот сейчас расплачивается за свое мягкосердечие.

Теперь в опасности жизни и сестры, и мужа, и человека, которого она с уверенностью могла назвать своим лучшим другом.

Дилман держал ее железной хваткой. Но Скайлар было все равно. Острый нож вонзался в ее бок постоянно, однако сейчас Дилман решил пощекотать ее посильнее. Чтобы припугнуть и дать понять, на что он способен, если она вздумает сопротивляться ему. Скайлар усмехнулась: ей все равно, Дилман получит вполовину меньше того удовольствия, на которое рассчитывал.

Сабрина. Еще одна ошибка.

Нельзя было позволить сестре отправляться в путь под своим именем. Хотя, по здравом размышлении, что бы они ни делали, на какие бы ухищрения ни пускались, все было бы напрасно. Дилман мог воспользоваться своими многочисленными связями и выяснить содержание телеграмм, которые сестры посылали друг другу. Теперь Сабрина здесь, с ней. Но теплой встречи с объятиями и улыбками не получилось. Скайлар была не уверена, сможет ли в последний раз хотя бы просто прикоснуться к сестре.

Она стиснула зубы, злясь на себя и отчасти радуясь пронзившей ее боли, когда Дилман в очередной раз скребнул ножом по боку. Отлично, это приведет ее в чувство, встряхнет. Она будет бороться. Пока дышит, сдаваться она не намерена.

Впереди показалась хижина. Воспоминания, яркие, точно это случилось вчера, милые – все плохое забывается – волной нахлынули на нее. Полускрытые в дымке времени, те события теперь представлялись удивительно романтичными. А тогда!..