Неправильная помощница

Новая бухгалтерша почему-то считала, что мне пора завести любовницу, а когда я отказался и уволил ее, стала написывать Маше с фантазиями того, что мы делали в моем рабочем кабинете. Это могло бы закончиться трагедией, если бы Маша была чуть менее уверена в нашем браке. Но она просто пришла к ней домой и устроила целое представление. Мне еще потом долго приходилось удалять видео двух дерущихся девушек из сети. Но для себя оставил. Есть ли большее доказательство ее доверия. Не знаю.

— Знаешь, не хочешь, не надо. Сейчас надену халат, на него как раз вырвало Есю, раз тебя такое больше возбуждает.

Она пытается встать, но веревки, которыми были перевязаны ноги, я не распускаю, дергая обиженку на себя.

Она ахает, хочет от возмущения открыть рот, но я встаю во весь рост и киваю на пол.

— Сиди, не двигайся. Давай все обсудим.

— Что обсудим, Арс, я…

— Сабе рот открывать я не разрешал. Я говорю, ты слушаешь. Я спрашиваю, ты отвечаешь. Поняла? Отвечай.

— Маша, весь настрой сбиваешь.

— Прости, прости, — фыркает она, но сидит ровно, не двигается.

— Стоп-слово — «красный» Ты произносишь его, когда понимаешь, что не выдерживаешь, — стягиваю с себя пиджак, закатываю рукава на белой рубашке. Маша раскрывает глаза шире, сглатывает. А по участившемуся дыханию понимаю, что эту игру она ждала очень давно. Обычный секс вставлять перестал? Хочется острых ощущений?

— Будет больно, — берусь за ремень, стягиваю его с петель, укладывая концом в свою ладонь. — Но ты должна хотеть этой боли, а самое главное доверять мне.

Веду концом по тонким плечам, наслаждаюсь мурашками, что стали проявляться на коже, сглатываю слюну от желания коснуться бьющейся на шее жилки. Некогда потерянное желание обхватить ее горло ремнем и трахать просыпается с новой силой.

— Доверяю, конечно, — слышу шелест, сотканный ее губами, и яйца от похоти поджимаются. Это уже не Маша, это покорная саба, которой я хотел ее видеть в первые недели наших отношений. Боялся напугать, но думал об этом постоянно.

Думал, как буду трахать ее горло, привязав к шесту.

— Наклонись, дыши глубоко, открытым ртом.

Она подчиняется, открывая взору светлую, не тронутую загаром кожу. Идеальную, с тонкой родинкой на верхнем плече. Рука дрожит, но поднимается Первый удар самый сложный. Всегда вероятность, что именно сейчас она скажет стоп-слово.

Шлепок не самой большой силы оглушает тишину нашего общего дыхания.