Непредвиденные встречи (сборник)

– Это вы говорите через двое суток после взрыва?

– Двое суток в месте взрыва радиация была такой, что не помогла никакая защита. После дезактивации уровень радиации понизился, и мы отправили к шахте разведчика.

– Возможно, прячется в шахте.

– Плохо, – после некоторого раздумья сказал Банглин. – Прошу вас докладывать в президиум Совета обо всем существенном. Через три дня состоится заседание ВКС, на которое вынесен и вопрос о сверхоборотне. Вы будете готовы дать нам информацию?

Торанц покосился на делавшего ему какие-то знаки Пенегина и проговорил:

– Сделаем все от нас зависящее.

Банглин снова нахмурился, и связь прекратилась.

– Я же тебе сигнализировал, – с сожалением сказал Пинегин. – Он не любит неточных и туманных формулировок.

– Как будто я его меньше знаю, – через силу усмехнулся Торанц. – Не мог же я ответить «да», будучи уверенным в обратном.

Внезапно вспыхнул виом связи с крейсером, и перед людьми в зале появился встревоженный бортинженер корабля.

– Зондирование на гравиплотность показывает, что в кратере происходит перераспределение масс.

Принимайте картинку, сделана на волне ноль-два в течение трех минут. Продолжаем наблюдение.

Второй виом воспроизвел объемную схему поверхности полигона: на голубой плоскости розовая полусфера – купол энергостанции и желтая воронка – кратер. Цвет воронки изменялся со временем, по ее стенам ползли алые пятна. К тому же стало заметно, что купол энергостанции и кратер связаны нитью пульсирующего багрового свечения.

– Оборотень! – побледнел Нагорин.

 – Вне всяких сомнений!

– Но где? – яростно спросил Пинегин. – Купол или кратер?

– Оригинальная маскировка, – произнес Торанц. – Мне кажется, что оборотень в кратере, вернее, сам кратер. Да, сверхоборотень не так прост… хотя я, кажется, и в самом деле начинаю относиться к нему как к живому существу.

– Это неважно, – пробормотал Сергиенко. – Пусть оборотень управляет экипажем, что это меняет? Почему раньше не догадались пройтись гравилокаторами по полигону?

– В том-то и дело, что обшарили полигон на всех мыслимых диапазонах волн.

 – Пинегин гневно раздул ноздри. – Надо вернуть Диего, срочно. Виктор, десантному коггу старт! Прикрой его полем. Внимание водителям силовых установок: полная отдача на отражение!

Шли минуты. Ничего не менялось над полигоном. Только медленно опускалась в разверстую пасть кратера золотая капля десантного когга.

Диего погрузился во мрак столь плотный и вязкий, что ему на мгновение захотелось глотнуть воздуха, как при нырянии в воду.