Пусть барон сам отдувается. Он в этом обществе вырос, ему это в радость. Повторим все, что он может рассказать, и пусть развлекается. Обновлю свои установки и буду вдвойне за него спокойна. Кто их знает, этих магов, опоят чем-нибудь или намагичат, и выйдет нам посещение столицы боком. Нет, береженого боги берегут. Эх, дотянуть бы до главного празднования во дворце без происшествий и убраться из столицы быстро, тихо, незаметно…
И все-таки, как бы мне хотелось посмотреть на выражение лица Серого герцога, когда он понял, что за документы ему доставили!
Натаниэль метался по кабинету, стискивая кулаки.
Магия бушевала, угрожая разрушением и болью всему, что ее окружает. В бешенство господина герцога приводила сложившаяся тягостная ситуация и невозможность ее устранения одним ударом. Нет, теперь он не злился на мага, устроившего ему незабываемое зрелище при встрече с его фамильяром. Его люди сумели при помощи артефактов проследить путь змеи, который начался от особняка казначея, дошел до его кабинета, а потом закончился у ворот ближайшего особняка.
Вот только откуда взялась эта змея и куда потом исчезла, так и не поняли. Не нашли они, впрочем, и хозяина этой удивительной зверушки. Злило другое, то есть другие…
Второй день люди герцога работали как проклятые. Незаметно и очень осторожно изымая участников заговора, проводя допросы, магическое дознание, определяя степень вины, выявляя неблагонадежных. Короля, принца, да и самого герцога изображали на приемах и балах в эти дни специально обученные двойники.
Беда, вплотную подошедшая к королевской семье, сплотила их, как ничто другое, и работали они сейчас, тесно взаимодействуя друг с другом. Ведь какими бы полномочиями ни обладал Натаниэль, окончательное определение судьбы высокородных подданных должен был вынести король.
Дополнительные сложности для решения этого дела создавали не прибывающие в столицу гости из соседних королевств и не огромное количество простых людей, наводнивших город.
Дело было в том, что на вершине заговора, его главой, вдохновителем и главным финансистом был верховный жрец королевства. Он мог одним своим призывом, брошенным в толпу на площади, спровоцировать массовые волнения и резню. В его подчинении находились специально обученные люди. Ему верили обыватели. Радовало, что только казначей знал, кто является организатором и главой подготовленного переворота, и его нельзя было вспугнуть.
