Пристрастие ее отца и старшего брата к азартным играм разорили семью, и вот теперь они продавали единственную ценность, которая у них оставалась, — Амалию Лирскую, послушную дочь, любимую сестру. Ее карие глаза были пусты и бессмысленны. Руки не дрожали. Дыхание было размеренным и спокойным. Она была здесь, но витала где-то в своих мыслях, если они у нее вообще были. Для того чтобы понять, что с ней происходит, его светлости хватило пары мгновений. «Зелье покоя» подчиняло и помогало уйти от действительности, но только если принимающий его делал это добровольно.
Значит, она сама сделала из себя бессловесную куклу, добровольно устраняясь от жизни и возникших проблем.
— Ну и зачем мне нужна эта, с позволения вашего величества, кукла? — произнес Натаниэль, напоказ целуя холодные пальчики девушки.
— Она красива, высокородна, согласна рожать тебе детей и не обращать внимания на твои недостатки, — вспылил в ответ король.
— Если она будет пить «зелье покоя», как простую воду, изо дня в день, то у меня не будет ни нормальной жены, ни нормальных детей.
— Ерунда, — махнул рукой старший брат. — Пусть только забеременеет. Потом уберешь от нее подальше все зелья, сам будешь поменьше показываться ей на глаза, и девочка придет в себя. Она всю свою жизнь прожила в нищете. Твой замок с множеством слуг будет для нее лучшим подарком. Родит пару мальчишек, выполнит свой долг, и можешь потом забыть о ее существовании. Сразу после заключения брака ее отцу будет выплачено разовое денежное вспомоществование, и мы сможем забыть об их существовании.
— Ты так торопишься, брат. Считаешь, что ни одна женщина по собственной воле не согласится стать моей женой? — Неприкрытая горечь прозвучала в голосе Натаниэля.
Король отвел глаза в сторону, но медлить с ответом не стал.
— Ну что ты… Какая-нибудь потасканная дрянь, которой нужны деньги, может, и согласится. Может быть, она даже будет высокородной. Вот только тебе придется постоянно сомневаться в ее верности и проверять магией, а твоего ли ребенка она носит.
Не становись на дыбы, Натаниэль. Ты сделаешь так, как я сказал.
— А если я убью ее?
— Я найду тебе еще одну и женю в день похорон первой! Не зли меня, брат. Нет никаких препятствий для заключения этого брака. Ни ты, ни одна из этих высокородных сучек не сможете помешать моим планам.
— А если, согласно древним законам богов, на бракосочетание явится родовитая леди, беременная или с ребенком на руках, и заявит свои права на меня?"
"— Заплатим и отправим восвояси.
