Но этого не произойдет, ты всегда был очень осторожен со своими пассиями, и я просто уверен, что нет пока на свете ребенка, какого ты мог бы назвать своим. Но они будут. Обязательно будут! И ты еще придешь ко мне с извинениями и благодарностью, когда твоя жена подарит тебе сына. Уводи девушку из зала. Любители сплетен не должны заметить ее состояния. Уводи, я сказал!
Спорить с рассерженным королем на глазах у всех Натаниэль не стал. Он молча увел безразличную ко всему, назначенную невестой девушку и передал ее в руки королевского целителя, поджидающего их в коридоре.
А затем покинул королевский дворец. Напускное спокойствие оставило его на пороге столичного особняка, холл которого не без его участия превратился в руины за считаные минуты, но зато ему полегчало. Уцелела спальня; бутылка дорогого вина, приготовленная слугами перед его приходом, тоже не пострадала. Вот только одной бутылкой дело не ограничилось, а потому заснул упившийся вусмерть герцог только под утро. Но зато заснул в своей гостиной, потому как в этот раз, прежде чем напиться, тщательно перекрыл все входы и выходы сложнейшим магическим плетением, так как проснуться в этот раз рассчитывал там же, где и заснул.
Заснул? Заснул. Его жизнь сделала круг и вернулась туда же, откуда все началось. Все повторялось: принуждение к браку, возникающее в душе бешенство, желание крушить все вокруг, вино… Много вина. Вот этой ночью он не пошел шататься по кабакам и борделям, не стал искать виноватых.
Теплый ветерок коснулся его лица, скользнул по обнаженной шее, спине и рукам, заставил открыть глаза.
Закрыть и снова открыть. Зубастые горы. Он не мог не узнать их, уж очень необычное и завораживающее зрелище представляли они, но такую маленькую долину с озером и водопадом, с высокой шелковистой травой и сверкающими в лучах восходящего солнца склонами окружающих ее скал видел впервые. В свое время герцог немало путешествовал по дорогам королевства и не раз и не два пересекал по тракту эти горы, пользовался гостеприимством хозяев долин и потому знал их наперечет, но такой… Такой среди них точно не было!
Ветерок прикоснулся к его спине еще раз, и Натаниэль заметил, что ничего, кроме бриджей, на нем нет.
Голые ступни утопают в траве, а руки по-прежнему сжимают недопитую бутылку и серебряный кубок. Да, сначала его поразила красота этого места, но потом в голову стали приходить очень правдоподобные версии происходящего с ним и не менее правдоподобные опровержения.
