Непристойное поведение

— Мистер Флойд бронировал столик на двоих, — отвечаю без малейшей запинки.

— Одну минуту, мисс.

Официант оставляет меня. Я любуюсь игрой света на огромной люстре, свисающей вниз узорными хрустальными каплями. Приглушённый, мягкий свет и приятная музыка действуют расслабляюще. Столики расположены на значительном расстоянии друг от друга. В таком месте можно посидеть за конфиденциально беседой без ущерба для репутации.

— Вас ждут, мисс. Прошу за мной!

Официант обращается ко мне более учтивым тоном и провожает вглубь ресторана.

Моё появление остаётся без внимания. Леди и джентльмены, сидящие за столиками, увлечены изысканными блюдами и проводят время за не менее изысканными беседами. Робость охватывает меня. Я не понимаю, почему бы не встретиться в другом месте? Почему бы не вскрыть конверт с результатами у здания генетической лаборатории?

Ответы знает только один человек — Адам Флойд. Он приподнимается из-за стола и встречает меня радушной широкой улыбкой. Она парализует меня и заставляет усомниться, не сплю ли я.

Адам Флойд отправляет официанта прочь:

— Спасибо, Олли. Дальше я сам… — Потенциальный отец подходит ко мне, галантно отодвигает стул и помогает усесться. Я складываю руки на коленях. На белоснежной скатерти уже расставлены столовые приборы и стоит открытая бутылка вина. Адам занимает место напротив и улыбается, отвешивая комплимент: — Чудесно выглядишь, Кристиан!

— Вы же так не думаете по-настоящему! — выпаливаю. Мои сомнения и страхи находят выход в случайно брошенной необдуманной фразе.

Уже поздно шагать назад. Поэтому я откидываюсь на спинку удобного стула. — На самом деле вы считаете, что я не вписываюсь в окружающую обстановку.

— Да, — скупо соглашается Адам Флойд и усмехается. — Но по другой причине. У тебя превосходные внешние данные. Всё остальное — одежду, аксессуары — можно подобрать.

— Зачем я здесь? — подаюсь вперёд.

Адам делает вид, что не слышит моего вопроса, и разливает вино по большим бокалам. Вино льётся струйкой насыщенного красно-фиолетового цвета.

"

"— Я выбрал красное сухое. Каберне совиньон. Говорят, восемьдесят шестой год был весьма удачным для винограда, — говорит Адам с видом опытного сомелье. — Вино получилось с ярко-выраженными танинами… — Заметив, что его разглагольствования не производят должного впечатления, а лишь вводят меня в ступор, Адам прекращает играть в светскую болтовню и вздыхает. Потом отодвигает в сторону меню и протягивает плотный конверт. Я замечаю, что он уже вскрыт канцелярским ножом.