Неразлучные

А теперь у них будет ребенок. И они назовут его в честь одного из нас, думала Памела, едва слушая проповедь отца Тулли о благодати Господней. Как же ей хотелось поскорей взять малыша на руки! Но откуда тогда это непонятное ощущение беспокойства? Она же должна испытывать счастье!

Памела подняла левую руку, чтобы поправить волосы, и вдруг обнаружила, что в левом ухе нет сережки. Она быстро ощупала правое ухо. Вторая сережка была на месте. Памела очень любила эти изящные золотые серьги с бриллиантами, которые Арнольд подарил ей в прошлом году на годовщину их свадьбы.

Неужели я ее потеряла? — с ужасом подумала она и нагнулась, чтобы осмотреть пол вокруг скамьи. Ей стало неловко за свои, неуместные в храме Господнем, мирские мысли, но эти серьги были очень дороги ее сердцу.

Надеюсь, что найду ее, когда мы вернемся домой, утешила себя она.

Памела откинулась на спинку скамьи. Ей вдруг вспомнился вчерашний ужин в итальянском ресторане: как они провозглашали тосты за будущего малыша. Шона выпила несколько бокалов вина.

Может, это потому, что мы праздновали, подумала Памела, но в любом случае в ее положении ей не следовало столько пить.

Если она действительно в положении.

Рука Памелы почти бессознательно снова потянулась к левому уху. Сегодня утром, когда я собиралась в церковь, в спальню вошла Шона. Сейф был открыт. Арни кричал мне из холла, чтобы я поторопилась. А Шону вдруг как прорвало: она все говорила и говорила о будущем ребенке. Мне не хотелось ее прерывать, так что я изо всех сил пыталась делать вид, будто внимательно ее слушаю, хотя на самом деле ее болтовня меня очень отвлекала.

Я поспешно вышла из спальни, Шона осталась. Сказать по правде, мне не терпелось от нее отделаться.

Но теперь я, хоть убей, не помню, заперла ли я сейф.

Памела почувствовала, как у нее учащенно забилось сердце, и все поплыло перед глазами. В этом сейфе хранятся все мои драгоценности, подумала она. Их там на несколько сотен тысяч долларов. Неужели Шона отвлекала меня намеренно! Памелу как током ударило: а что, если вся эта история с беременностью — элементарная ложь для отвода глаз? Памела попыталась успокоиться; но у нее ничего не получилось.

Ей вдруг стало по-настоящему нехорошо. Она легонько постучала мужа по плечу. Господь меня простит, подумала она.

— Арнольд, я что-то неважно себя чувствую. Я лучше поеду домой.

Шона и Тайлер как попало бросали вещи в чемоданы. Время поджимало, и поэтому они очень спешили.