Нерядом

И вот тридцать семь, и нет ни единой капли желания возвращаться в квартиру к той женщине, с которой бок о бок жил бо́льшую часть своей жизни.

Это, блин, страшно… И новое начинать после такого не хочется. Вдруг допущу те же ошибки? А нового шанса не будет, время идет. И одному вроде как уже не особо хочется… С другой стороны, у меня есть дочь, работа, где еще три десятка детей, одиноким точно не буду.

Хреново просто, что не все истории заканчиваются красиво, как в сказках. Но, кроме нас самих, в этом никто не виноват.

Останавливаюсь на светофоре, бросаю взгляд на часы: можно выдвигаться в ресторан. И… наверное, надо купить букет. В благодарность. Девушки же любят цветы? Вроде я еще не совсем очерствел и такие вещи помню.

По пути ищу цветочные, заезжаю в один из них. Приятная сотрудница помогает выбрать букет для знакомой, и уже через пятнадцать минут я еду дальше с красивыми белыми тюльпанами.

Кажется почему-то, что они бы подошли Марине. Она вся такая строгая, в черном, черные волосы, темно-карие глаза и белый воздушный букет.

Забавно будет, если она терпеть не может тюльпаны и вся моя благодарность улетит в мусорное ведро.

Подъезжаю. Ловлю себя на мысли, что мне немного волнительно. Странно! Давненько я не испытывал подобного. Наверное, потому, что я и цветы давно никому не дарил. Как на свидание собрался, честное слово…

Выхожу из машины, беру букет и замечаю паркующуюся рядом Сабирову. Семья везде найдет меня, большая же!

– Виктор Павлович, добрый вечер! – здоровается со мной Саша, улыбается.

– Я своей просьбой лишил детей матери? – посмеиваюсь, открывая перед ней дверь ресторана.

– У них сегодня вечер с папой, я сбежала почти с радостью, – улыбается она коварно. – Подойду через пару минут.

Она убегает в сторону кабинетов, а Марину я замечаю у одного из столиков. Она часто помогает официантам, судя по всему, потому что и нас с Дианкой тогда тоже она обслуживала, и сейчас…

Не прохожу внутрь, стою у двери, жду Сабирову и готовлюсь красть Марину.

Марина отходит от столика, поворачивается как раз в мою сторону лицом и немного теряется, когда меня замечает. Рабочая улыбка застывает на лице, и мне приходится по-дурацки махнуть ей рукой, чтобы расколдовать и вернуть ее к жизни.