Карие радужки с вкраплениями янтаря за считанные секунды сливаются с чёрным зрачком, и этого вполне достаточно, чтобы я почувствовала лёгкий внутренний толчок.
Я в таком раздрае, что хуже не бывает.
Я достаточно отчаянная, чтобы встать со стула, сделать единственный разделяющий нас шаг, перекинуть ногу через мужское бедро и сесть сверху, ощущая под ладонями твёрдые плечи.
Аслан крепко сжимает челюсти. Его тело заметно напрягается подо мной. В комнате становится слишком душно, судя по тому, как я жадно хватаю ртом воздух, а он утяжелённо дышит.
Контраст после мягкости и нежности Демьяна слишком резкий. Я впитываю силу, грубость и доминирование, на которые мой живот реагирует спазмами.
— Уверена, что не хочешь уйти?
Меня прошибает насквозь, когда Аслан стискивает пальцами мои ягодицы, вжимая в свои бёдра. Пульс взрывает виски, глаза шокировано распахиваются, но идея продолжить никуда не пропадает. Она только разгорается ярче.
Я прижимаюсь к нему промежностью.
Есть небольшой диссонанс, потому что это Аслан — мой бывший лучший друг, мой сводный брат.
Наши родители живут в долгом и счастливом браке. Мы разные, несовместимые. Мне не нравится, как он одевается, ведёт себя и что говорит. Но нравится кое-что другое.
И если бы кто-то сказал мне несколько месяцев назад, что я буду сидеть на нём верхом, управляемая желанием, я бы громко рассмеялась в ответ.
Дикость.
Безумие.
Абсурд.
— Хочу кое-что проверить.
— Например?
На мои слова Аслан реагирует поднятием брови. Сердце гулко бьётся, когда я провожу подушечками пальцев по линии его челюсти.
Завтра это ничего не будет значить, но сейчас является определенно важным.
— Недавно мне снилось, как мы занимались сексом, — тихо шепчу. — И, скорее всего, я бы кончила, если бы резко не проснулась."
"Запретное признание повисает в воздухе. От него больше никуда не деться и не спрятаться.
В этой дразнящей игре есть что-то особенное.
Я затаиваю дыхание и наклоняюсь ниже, щекоча кожу Аслана своими длинными волосами. Они свободно скользят по его шее и подбородку, вызывая едва различимый вздох.
Мои бёдра вздрагивают, когда его рот примагничивается к моему, и всё вокруг исчезает, концентрируясь на пиковом моменте.
Мы явно переходим на новый уровень.
Майка едет к талии, на предплечьях рассыпаются мурашки. Аслан требовательно раздвигает мои губы, проникая между ними языком, отрывается от стула и переносит меня к кровати.
Глава 22
* * *— Чего ты хочешь?
Аслан мягко опускает меня на кровать, нависая сверху.
