Больше всего на свете он хотел под землю провалиться и был уверен, что футбол не для него, он позорит нашу команду.
— Ты хорошо держался, — попытался одобрить его я. — Такие голы и я мог пропустить, правда!
Не подействовало, он кивнул, попытался улыбнуться и проскользнул в свою комнату.
— Бесполезно, — махнул рукой Мика, зевнул во весь рот и пожаловался: — Не поспать, эх, на стадион переться! А в поезде разве выспишься?
— Не выспишься, — прогудел Микроб, управившийся за пять минут и вытирающий голову. — В душе свободно, а уже, между прочим, двадцать минут десятого! Саня, ты вообще как?
— Да вроде сегодня совсем хорошо.
Микроба в душе сменил Клык.
— Что там Матвеич? Хочу к нему сходить.
— Не советую, — покачал головой Погосян. — Злющий, пошлет. Мне сказал засунуть сочувствие в задницу.
Я присмотрелся к Федору, стоящему рядом с Погосяном, и отметил, что он вроде еще подрос и заматерел. Вот куда вся его сила уходит, потому он не особо проявлялся на последних играх. Малыш Микроб больше не Микроб, а как минимум вольвокс.
Только бы во вкус не вошел и не начал дальше расти — рискует привлечь внимание."
"— Как твоя голова? — спросил Мика, хлопая меня по спине. — Туго без тебя! Опять проиграли.
— Да нормально. Малой не виноват, — сказал я. — Вы сами накосячили, особенно во второй раз. Да и первый мяч не факт, что взял бы даже я. Его просто видно не было, Матвеич собой закрыл. А парень извелся весь.
Погосян посмотрел вослед туда, куда ушел Сема, с таким видом, словно в его лице только что закончился дождь.
Ну, или — нудная лекция. Достал, видимо, всех своими страданиями.
— Семен! Свободно! — крикнул Клык, выходя из ванной. — Или, Поласкун, ты пойдешь?
Мика скривился, нюхнул у себя под мышкой и резюмировал:
— Я не успел запачкаться, не пойду.
— Вонючка, — осудил его Микроб. — И как тебе девки дают?
— Настоящий мужчина моется только перед сексом, а он у мня часто, отшутился Мика и не удержался от шпильки: — В отличие от некоторых.
— Я люблю падших женщин, — пропел Микроб и принялся обуваться, приговаривая: — Ненавижу опаздывать.
Я думал, придется Саенко выковыривать из комнаты, но он вышел сам.
Когда мы покинули квартиру, и Семен немного отстал, я тоже сдал назад, к нему, и спросил:
— Что делать будешь? Прокачиваться или — уйдешь из команды?
Сема пожал плечами.
— Не знаю пока. Позже решу… Слушай, а ты правда считаешь, что я не виноват? Или сказал это, чтобы меня не расстраивать?
— Посмотри матч по телеку, там все видно.
Он вздохнул.
