Несбывшаяся жизнь. Книга первая

– Все, Дима, все, – сливались голоса в хор. – Погулял, и хватит! Берись за голову, иначе будет плохо. Ты нас достал.

Примерно так – или чуть иначе, с вариациями. Но смысл все тот же: сделать его виноватым, чтобы он всю жизнь каялся. Чтобы чувствовал, как им должен, насколько всем обязан.

Наверняка не обошлось и без запугиваний:

– Никуда не поедешь, останешься в Москве, будешь корпеть за копейки, пока твои однокурсники…

– Лишим материальной помощи! Не дадим пользоваться машиной, не будем присылать тряпки, запретим Васильичу делиться пайком! Вот и поживите тогда, вот и посмотрим, на что вы способны! Как там твоя медичка говорила – мы будем работать?.

. Ну да, ну да. Ей-то что, она к хорошему не привыкала, а вот ты, Дмитрий! Ты плохого и не нюхал!

– Они неподходящая компания, – вопили голоса. – Они выбиваются из общего ряда их знакомых и друзей, они не из их круга! И вообще, зачем нам проблемы?

Кто бы не дрогнул и не сломался? Точно не Дымчик, куда ему…

И ведь снова Лиза не услышала от него ни одного вопроса… Ни слова об Анечке, ни слова о документах, ни слова об удочерении.

Вообще ни о чем.

Ни тебе – «как девочка, выросла ли, можно ли на нее посмотреть?». Ни – «какая нужна помощь? Сбегать ли в магазин?»…

Да и Лизу он вымарал – вслед за Анютой. Просто сам еще этого не понял.

А как же тот Дымчик, который поехал с ней к черту на рога, к ее матери, только чтобы Лиза не ехала одна? Тот, кто проявил неслыханное благородство и пожалел дуру Ритку? Тот, кто, казалось, прикипел к Анечке и укачивал ее по ночам?

Или он просто бахвалился сам перед собой? Какой он хороший, чуткий и благородный? Перед собой – и заодно перед Лизой?

Да все как у всех: всякого намешано.

В куче мусора тоже иногда что-нибудь хорошее попадается, а в шкатулке с жемчужинами – мышиное дерьмо.

В сентябре Лиза должна была выходить на работу, а значит, Анюте придется пойти в ясли.

Наслушалась она про эти ясли и страшно нервничала. Рассказывали, что уход там так себе: детей много, рук не хватает. Кто будет следить, сухой ли ребенок, как поел, не горячий ли лоб, почему хнычет? А выхода не было, нанять няню – дело затратное, сидеть самой – кто их кормить будет?

На Дымчика рассчитывать нельзя, а больше никого у нее нет.

Только старый больной Васильич, но обращаться к нему неловко, да и чем он поможет? Сядет нянькой с Анютой?

Сходила в ясли посмотреть, что там и как, и совсем потеряла покой. Все именно так, как рассказывали: детей много, а воспитательниц две, плюс немолодая нянечка.