Несбывшаяся жизнь. Книга первая

Лиза спотыкалась, но произносила…

И дочка была – не дочкой. Вернее, не совсем дочкой. Не ее она была, не Лизина. Нет, ее, конечно, но…

Ехали нагруженные: вещей набралось много. На жару, на холод, на дожди, на купание… Резиновые сапоги, босоножки, шлепанцы. Полотенца, халаты, белье. Бигуди – держать новую прическу Марии. Косметика – так, на всякий случай: ни Лиза, ни Мария ею почти не пользовались. Книжки, свежие журналы. Нитки и спицы – Мария собралась научиться у подруги вязанию. Та была мастерицей.

Ну и, конечно, подарки – московские конфеты, кофе, шпроты, колбаса.

– Люсинда модница, – повторяла Мария. – Точно обрадуется.

– Ба! – тут же встревала Анюта. – Ты теперь тоже модница!

Мария махнула рукой:

– Была когда-то. В другой, Аня, жизни…

Лиза смотрела в окно и думала: что их ждет в этом неизвестном волжском городке? Повезет ли с погодой? Удастся ли отпуск?

Правильное ли она приняла решение, согласившись на неведомый Плес?

Надо надеяться на лучшее…

Но почему-то было тревожно.

Люсинда оказалась молодящейся дамой с высоким рыжим начесом, перехваченным мятой ядовито-зеленой лентой. Глаза, удлиненные кривоватыми жирными стрелками, были живыми и яркими. Красиво очерченный рот накрашен алой помадой.

«Смелая женщина, – подумала Лиза. – А ведь ей хорошо за шестьдесят».

Кольцо было явно старинным. Корону многочисленных мелких камешков венчал крупный – даже огромный – царь-камень, который опалял и бил в глаза нестерпимо яркими слепящими брызгами.

Ногти у Люсинды были длинными, острыми, накрашенными местами стертым, но – оранжевым лаком. Руки, как и бывает, выдавали в ней женщину деревенскую: сад-огород, прополка-поливка, лопата да грабли… Земля, словом.

Яркая, словом, бабушка. Не бабка – огонь!

Обнявшись, Люсинда и Мария всплакнули – и принялись внимательно рассматривать друг друга.

– А ты хорошо выглядишь, Маша! – придирчиво оглядев подругу, сказала Люсинда. – И прическа, и все остальное… Прямо стала настоящей столичной дамочкой.

И с плохо скрываемым осуждением добавила:

– А говорила: «В Москву ни за что!»

– Мало ли что я говорила, – пожала Мария плечами. – А внучка и дочка – каковы? Кстати, это они меня нарядили! – похвасталась она. – Я-то сама давно на себя наплевала…

– Счастливая! – хлюпнула носом Люсинда. – У тебя девочки! Это я одна, как…

Не подобрав приличного эпитета, Люсинда всхлипнула и махнула рукой.

– Ну, уж как есть.