Несчастье

В пороге Лена умудряется стукнуться локтем о ручку двери и чуть не упасть, не удержав равновесие на одной ноге, когда снимает сапог. Я поставлю на звонок от нее песню «Это не девочка, это беда», честное слово. Олицетворяет на десять из десяти.

Я думал, такие только в анекдотах бывают! Но когда мы идем мыть руки и она, прожив в этой квартире миллион лет, путает краны и вместо холодной открывает горячую и чуть не ошпаривает себе руки кипятком, я понимаю, что анекдоты давно кончились, тут все гораздо серьезнее.

– Мед наверху, – тычет она пальцем, когда заходим на кухню, – а я быстро переодену свитер, а то колется, ладно? – спрашивает Лена и убегает в комнату. Мед наверху… Ничему не учит жизнь, да? Достаю банку и только ставлю ее на стол, собираясь снимать крышку, слышу какой-то громкий стук и вскрик Лены. Бегу на звук, залетаю в ее спальню и… и застаю сумасшедшую картину.

Лена стоит у шкафа в одном белье, а рядом с ней разбитая копилка и целая гора монет.

– Что случилось? – спрашиваю, с трудом глядя ей точно в глаза. У нее в руках нет одежды, чтобы прикрыться, и она не суетится у шкафа, чтобы что-то схватить, наоборот, замерла и стоит столбом от шока.

– Копилка почему-то упала, я испугалась… – шепчет она. Дыхание глубокое, грудь вздымается, привлекая еще больше моего внимания. Она не просит отвернуться, как тогда, в ледовом, а я и не найду в себе сил на такие телодвижения.

Скольжу взглядом по точеной фигурке, всей покрытой синяками.

Но даже с ними Лена выглядит восхитительно. Надо бы извиниться и выйти, сделать этот чертов чай, а еще лучше – пойти домой и не смущать больше ее, но ноги не слушаются, а глаза просто пожирают красивое тело такой желанной девушки.

Я завтра уеду… Нам не стоит усложнять все еще больше, пока ничего толком не ясно, но мое тело с разумом не согласно, и уже через пару секунд Лена распята у того самого шкафа, и мы целуемся, как ненормальные, ломая все стены.

Даже те, которые ломать совершенно не стоило бы…

Целую, обнимаю крепко, а она – в ответ. Позволяет, трогает, дышит тяжело и всхлипывает, когда мои непослушные губы перемещаются ей на шею и ключицы, оставляя поцелуи уже там.

Я чувствую ее пальчики в своих волосах, она теряет голову вместе со мной – не дает отстраниться, прижимает только ближе, тихо стонет, шепчет мое имя, добивая окончательно.