Несчастье

Выхожу из раздевалки, иду по коридору, как Влад ловит меня за локоть.

– Сань, погоди. Я серьезно. Вы вместе?

– Я же сказал, нет. А что?

– Но она тебе нравится, – не спрашивает, утверждает. Но я не отвечаю. В целом ему ответ и не требуется. – Мне… кажется, тоже.

– Когда кажется, надо креститься, – психую я и отворачиваюсь. – Я уехал.

Да твою мать, ну! Почему всегда так, ну почему?

От злости колотит, иду пешком к Лене, почти бегу, чтобы немного проветрить мысли и не накинуть на нее моего мигом упавшего настроения.

Ладно. В конце концов, не так уж и страшно. То, что она ему тоже нравится, не означает, что и он нравится ей.

У нее ведь нет ни одной предпосылки, чтобы выбрать его… Правда ведь?

– Ай! – пищу и отдергиваю руку, когда чувствую, как скол от банки разрезает фалангу пальца. Вот черт, кровь! А я просто хотела убрать осколки…

Так и стою как дурочка в огромной луже из меда и стекла, прижимая к губам порезанный палец. И выйти страшно, потому что я босиком, и стоять ну как-то тоже не вариант…

Саша сказал, что придет, у меня на душе легче стало.

Собираю целым пальцем мед, что разлился по ладошкам и предплечьям, съедаю потихоньку. Вкусно… Очень! Чая захотела, блин. Простыла, видимо, немного вчера, проснулась с забитым носом. Ну, думала, быстро чай сделаю и в кровать. Сделала! Теперь, чтобы лечь в кровать, надо каким-то чудом отмыться.

Но вкусно, правда! Хороший мед, жалко, что весь на полу… Поэтому я собираю его капельки по всем чистым поверхностям, чтобы лакомиться, пока нахожусь в ожидании.

Слышу, как открывается дверь.

– Саша? – проверяю, он ли. А то мало ли, кто там… Вдруг грабители? А я даже сделать ничего не могу! Я как призрак. Только он из круга соли выйти не может, а я из меда.

– Я! – кричит он из прихожей, и по звуку слышу, что снимает куртку.

Спустя несколько секунд он уже стоит на пороге моей кухни и с удивлением осматривает место происшествия.

– Лена, а меда-то сколько было?

– Два литра, – говорю со вздохом.

– А с пальцем что? – кивает на порез, с которого снова стекает капелька крови.

– Травма! Хотела осколки собрать.

– Лена… – выдыхает он, – ты катастрофа.

Да знаю я! Как будто он первый человек, кто мне об этом говорит. Я не только катастрофа, я еще и буря в стакане, меня так бабушка в детстве называла.