Но разве мог видеть кто-то из них лучше, чем открывающие путь? А от них остались лишь безымянные, поросшие травой могилы.
Однажды, охотясь в горах, повелитель драконов встретил старца. Годы не пощадили его, согнув спину, побелив волосы и испещрив глубокими морщинами тело. Только глаза оставались ясными, живыми и бесконечно мудрыми, а еще настолько знакомыми, что владыка вздрогнул, признав в отшельнике родственника почившей королевы.
Увидев, кто перед ним, старик, опираясь на посох, выпрямился.
– Боишься меня? – прошипел дракон.
– Я стар, и мой земной путь окончен, ибо чаша жизни опустела. Я сполна насладился этим напитком. Мне жаль тебя, ибо твоя чаша пуста лишь наполовину, а жидкость в ней отравлена. Моим родичам повезло куда меньше.
– Ты все знаешь! – не спрашивал, а утверждал правитель.
– Нашему роду открыты многие пути и пространства, и времени, и даже души, но далеко не все, – пожал плечами старик.
– Твоего рода больше нет! – все сильнее злился дракон, но отшельник лишь улыбнулся, всматриваясь куда-то за горизонт.
– Все приходит и уходит, лишь пути остаются и множатся. Моего рода больше нет, но это не моя беда. Твоя. Моя лишь надежда на скорую встречу с теми, которых любил.
Повелитель схватил старика за плечи и встряхнул.
– Скажи, как снять проклятье? Скажи!
– Лишь любовь ключ ко всем замкам, – отшельник закашлялся и стал оседать, но успел прокашлять: – Лишь любовь…
Он прохрипел что-то еще, но ветер унес его слова. Или, по крайней мере, они не дошли до моих предков, потому что на этом сказка заканчивалась.
А я действительно считала, что история, которую рассказывала матушка, – просто красивая сказка. Когда мне исполнилось пятнадцать, передо мной открылась еще одна тайна – страшная семейная тайна, о которой не имел понятия даже мой отец, передаваемая от матери к дочери. Я – потомок Аталанов. Возможно, последний и единственный, но во мне текла кровь той древней королевы, проклявшей весь драконий род. Их действительно осталось мало, слишком мало: правящий бездетный монарх и его брат герцог, волею случая или совсем не случайно – мой бывший жених.
Мари единственная была посвящена в тайны нашего рода, и лишь с ней я могла поделиться своими тревогами. Мой дар оказался слабым и ограничивался возможностью открывать порталы, хотя порой мне снились сны, события которых впоследствии сбывались. Порталы могли открывать многие маги, эта способность никак не выдавала во мне «открывающую путь», а про сны я никому, кроме Мари и матушки, не говорила.
